Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Хорошие Новости

Голос во тьме спросил его — Ты слышишь меня?

И он понял, что не может ответить обычным способом — рта, лицевых мышц, да и самого лица он в своих ощущениях не обнаружил... Но сила собственного мысленного импульса, означающего категоричное "Да!" ослепила и оглушила его, хотя не было глаз, чтобы ослепнуть, и ушей, чтобы оглохнуть. Кто он, что он, где?.. Почему... Он не нашел ни имени, ни прошлого в ментальном континууме всего своего существа, но твердо знал, что имя раньше у него было, и он имел когда то лицо, обладал телом и...

— Тише, не так резко... — Голос извне вновь потрясал его внутренний космос вибрациями. Нет, понял он, это не голос, просто думая так — легче воспринимать вторжение чужой мысли в поле своего внимания. И чужак продолжил общение, — Сейчас ты лишь искра сознания. Активированы только базовые нейронные отделы мозга. И мы были обязаны получить жизнеутверждающий ответ-импульс, чтобы продолжить регенерацию после несчастного случая. Запомни, во избежание того, что зовется психозом пробуждения — вокруг тебя будут не ангелы или бесы. Это не потусторонний мир, а научный центр. Ты провел в замороженном состоянии тридцать два года, прежде чем твое тело было обнаружено на склоне Эвереста. И даже хорошо, что тебя раньше не обнаружили, а то просто бы похоронили. Сегодня же мы способны тебя оживить в очень близком к тому прежнему твоему внешнему виду. И весьма аутентичному психическому составу личности. При помощи биопринтинга и вероятностного моделирования по расчету нейронных связей в первичном мозге. Возможно, что при этом вся сфера субьективного прошлого окажеться фрагментированной и останеться амнезия, но анализ генетических соответствий по базе данных свидетельствует о наличии у тебя минимум двух родственников в нашем времени. У тебя была и есть дочь, Дмитрий. Правда, социально и биологически она уже старше тебя на одиннадцать лет. Но мы можем потом тебя бесплатно состарить для удобства общения. Есть и родной брат. Они оба будут оповещены о том, где ты сейчас в случае успеха твоей ментально-телесной регенерации. И тогда, надеемся, они помогут восстановить нюансы вашего совместного прошлого. И еще, очень надеемся, что ты все же примешь новый мир и начнешь жить настояшим! Пора приступать к полету! К финальной регенерации на клеточном уровне. Постарайся ничему не удивляться. Центры боли будут отключены до последнего. Ты увидишь, как твои руки вырастают заново, согласно прежнему набору генов. Увидишь. А значит глаза у тебя уже будут регенерированы. Сейчас ты не понимаешь и половины слов здесь, но эта информация должна была быть заложена в твою память именно сейчас — во избежание чрезмерной психической реакции потом. Так тебе будет на что опираться. Я твой доктор и контактер, связь прерываю, модуль биоконтроля и главный регенерон запущен, и обещаю, Дмитрий, мы тут постараемся изо всех сил, чтобы процедура прошла успешно. Старт!

 

В палату вошла женщина в белом халате и синей маске, закрывающей половину лица.

— Вы кто? — Спросил Дмитрий Воронов, некогда погибший альпинист, но пребывающий ныне в прекрасной физической форме, ибо три дня назад получил новое тело, еще не успевшее получить ни миллиграма токсинов из пищи и воздуха.

— Это же я, Дима — Засмеялась она под маской. Он узнал голос прикрепленной к нему медсестры Светланы. Раньше она приходила в прозрачной маске, похожей на... силиконовую что ли — он еще не знал названий у новых вещей и материалов, и мыслил прежними понятиями, если их удавалось выудить из поврежденной ледяными десятилетиями памяти. О том, что практически весь объем его мозга был воссоздан заново при помощи новой биологической ткани, он предочитал не думать, раздвоение какое то начилось, и он подозревал, что где то неподалеку в морге лежит его подлинное бесчуственное, обмороженное тело — он сам, хотя в тоже время он присутстввовал здесь, теплый и бодрый... А уж то, что он видел при финале своей регенерации, вообще вызывало желудочный спазм... это прорастание розовых и бесформенных бугров, удлинение их и появление звездообразных распятерений по краям, что стали за час новыми кистями его рук, потом быстрый рост сизых ниточек сосудов под стремительно бледнеющим покровом рук, и — шуррш! — отключение внешнего насоса питательного раствора и пуск собственного свеженапечатанного сердца со снятием всех блокировок нервных импульсов, отчего он сразу уплыл в спасительное от грянувшей симфонии чувств беспамятсво... А доктор Карл всю процедуру кивал и улыблся над ним, заново рожденным в убежавший на десятилетия вперед мир. Доктор словно любимое кино смотрел, наблюдая все эти умопомрачительные для Дмитрия вещи, иногда строго басил из под кучерявой черной бороды, раздавая приказы Светлане и еще паре ассистентов, и басил мягче, когда подбадривал пациента, сверкая бликами от ламп на стеклах очков, которые и до гибели Дмитрия во льдах выглядели бы весьма архаично, но может сегодня здесь мода на такой винтаж. Надо бы узнать подробнее, решил уже тогда Дмитрий, что движет миром, людьми в этом будущем... ну то-есть настоящем... Сегодня. Сейчас.

— Привет, Светлана. Рад, что про меня не забыли, — Сказал шутливо Дмитрий. Она ему нравилась. Какая то доброта была в ее неественно голубых глазах, что фосфорецировали в тени, стоило ей нагнуться над столиком с ампулами и затенить пространство. Видимо, особые линзы. Или модификация самих глаз на клеточном уровне? Спросить хочеться, да словно неприлично. Почаще бы заходила, а то по делу только и быстро сразу уходит, жаль.

— Ну что Вы, про Вас никто не забывает, особый ведь случай... — Ответила она с бойкой иронией и посмотрела на гладкий дисплей за его подушкой, там всегда были потоки зеленых и только изредка красных цифр напротив неких символов, из которых один безошибочно изображал сердце. Светлана подняла нужную ампулу с подноса. — А вот и ваша утренняя порция нанитов, Дмитрий! Маленькие солдатики готовы к охране ваших внутренних органов.

Он протянул вперед ладонь, как делал уже вчера, Светлана нажала на желтоватой ампуле маленькую кнопку и раздался звук рояльной клавиши — сигнал активации нано-раствора, ампула замерцала изнутри изумрудными переливами, отчего у Дмитрия возникла иллюзия некой бездонной гипнотической глубины в ней. Когда ее трубчатый хоботок прикоснулся к его ладони, из него быстро выполз зеленоватый гель и сразу стал с тихим шипением таять, словно в воздухе растворялся. Но Дмитрий безошибочно чувствовал, что гель этот истаивает не в окружающем пространстве, а забирается ему под кожу, покалывая нервные окончания электрическими разрядами, чтобы потом попасть в кровоток и продолжить свой путь к внутренним органам, и там защищать их от сбоев на клеточном уровне, помогать их слаженной работе. Ибо у таких "новичков", возможны периоды "сепарации", как ему объяснил доктор Карл. Дмитрий с удивительной ясностью помнил все его слова, изобилующие метафорами в попытках донести тонкости местной генетической кухни до отнюдь не подкованного в науке собеседника-пациента.

Когда Светлана бросила использованную ампулу в черный куб мусорного контейнера, Дмитрий произнес:

— Вчера док сообщил мне, что А... Рианне, то-есть, разрешили связаться со мной. Она в какой-то долгосрочной программе по имитации условий жизни на Марсе... Док назвал А... Рианну, то-есть, марсианофилкой. Даже не знаю, как на эту ее марсианофилию реагировать!

Светлана развела руками, отвечая ему:

— Просто у нее свой Эверест. Сеанс связи в десять, через час. Вас тревожит разговор с дочерью спустя столько лет? У нас есть штатный психолог, он мог бы...

— Думаю, справлюсь. И чем ей имя Алина не понравилось...

— Рианна звучит необычно для вас? А я знала коллегу, который сменил свое имя и стал Динозавр Михайлович... Иногда возникает мода на такие поступки своеобразные.

— Это так забавно про Динозавра...

Они посмеялись. Светлана заметила:

— Знаете, плохо, что мы над этим смеемся, сегодня не принято открыто выражать сомнения в выборе имени или модификаций черт лица, цвета кожи...

— Что? Она еще и пигментацию усилила? Вслед за своей любимой певицей еще и цвет кожи сменила?

— О... Не знаю. Я не видела досье вашей дочери, просто на Марс хотят улететь обычно те, кто не чужд и разным телесным трансформациям. А Рианна это такая певица была в ваше время?.. — Светлана прищурилась, затем дернула головой, словно ей внезапно плеснули в лицо холодной водой и кивнула, — Да, теперь знаю! Первые места в чартах, премии, мировая звезда сцены Рианна. Вижу. Высокая степень соответствия по всем базам данных.

— Ого, да у тебя википедия прямо в голове!

— Эм... Викип... А, сайт был такой, точно, еще до нейро-интерфейсов, до симби-прорыва.

— Симби...

— Это от "симбиоз"... Ну, когда информацию стали кодировать в биоткань без всяких железок.

— В мое время фантасты считали подобные симбиозы скорее... опасными.

— Ну... Огонь тоже опасен, если не там зажигать и потом его не контролировать.

— Вот контроля, зомбирования как раз и опасались...

— Эх, первая четверть двадцать первого века... Легендарное время! Хорошо, что стандартная память органично вошла в твой характер, Дима...

— Что? Какая память? Стандартная это что значит?

— Зря наверно упомянула, это дело доктора такие вещи обсуждать, — С досадой произнесла Светлана, — Понимаешь, восстановление комплекса из миллиардов прежних нейронных связей от некой начальной точки, это такая математика, где вероятность умножается на вероятность и там нужно найти одно верное распределение точек из многих, чтобы потом по такой модели синтезировать новые нейроны и их связи. Это был бы полный и уникальный ментальный состав личности. Но в твоем случае такая полнота уникальности не возможна. Потому что до твоей заморозки не было проведено глубокое сканирование нейронных связей на субатомном уровне, и у тебя личной сканер-карты нет. Пришлось использовать стандартную модель, чтобы восполнить пробелы, иначе ты не помнил бы то время так детально. Есть чужие сканео-карты, они при перекрестном матанализе дают верифицированное арифметическое среднее, модель стандартной памяти о тех временах. Нас спасает, что мозг работает по общим сценариям, известно какой тип информации, звук или цвет, например, в какой части мозга хранится. И хорошо детализированные сканер-карты пригодны для воссоздания памяти или обучения. Также и для ментального туризма в прошлое, сегодня есть большие фанаты у первой четверти двадцать первого века... — Она помолчала, видя его растерянность и вместе с тем жадное внимание к услышанному и добавила. — Не считая своих личных жизненных перепитий в прошлом, которые ты к сожалению не сможешь хорошо вспомнить, ты знаешь благодаря стандартной памяти о тех временах, о тогдашних событиях в мире, что и так знал бы, живя там, но ты не знаешь — в каких из тех событий, например, сам принимал участие, если такое вдруг было, какие в те дни считал за благо, а какие за зло... Примерно так дело обстоит.

— Память не моя, но она со мной и без нее я не я. Головоломка, однако, — Отозвался он упавшим голосом, — И мозг вроде новый, но тогда почему я это все ж таки я...

— Есть большая загадка — почему психика собирает себя изнутри заново в личность, дай ей несколько миллиардов нейронных связей, чувствительность нервных окончаний в органах осязания и обоняния, и социальное окружение с другими людьми...И ведь одна такая стандартная память у дюжины размороженных не сделает их мышление одинаковым, они будут по разному думать, чувствовать и относится к тому или иному событию, Дмитрий. Так что ты это ты, а он это он...

— Природа любит разнообразие. — Проворчал он, строя теорию заговора, согласно которой его оживили только для доказательства гипотезы о том, что стандартная для всех память не помешает проявлению разных черт характера у разных личностей. — Значит здесь таких, как я много? Я пациент номер такой-то, и всех нас паралельно исследуют здесь? — Он хотел добавить "Как мышей", но сдержался. В конце концов, эти генетики здесь ему дали жизнь после того, как он ее глупо потерял, ведь сход лавины весьма вероятная дрянь в горах и умный туда не полезет... Полез за каким то счастьем или от какого то несчастья, на Эверест... и если даже доктор Карл просто хотел проверить на нем, еще бездыханном, возможности своего биопринтера, и такова будет единственная причина, почему он сейчас живой, дышит... Ну что ж, ваш биопринтер отлично сработал, док! Едкий цинизм и обида красили весь мир в черное, Дмитрий закрыл глаза. Из стен вокруг полились нежные минорные аккорды пианино.

— О, ну не надо так печалится, Дима, — Умоляюще просила его Светлана.

— Что это за музыка и зачем? — Удивился он.

— Похоже, это Лунная Соната, Гайдн кажется. Вы сами ее заказали через имплант базовой связи... Вас еще не научили им пользоваться, но он каким то образом считал ваше эмоциональное состояние.

"Значит я тоже теперь с Википедией на борту" — Пронеслось у него в мыслях и он чуть не расхохотался от какой то нахлынувшей легкости, может от естественной компенсации нервного напряжения этих первых дней после своего второго рождения. Отныне он решил не заморачиваться насчет чужих мотивов, ведь если смотреть на Луну и думать лишь о ее темной стороне, то не увидишь ни той незримой стороны, ни всей красоты лунного сияния. Время лишь потеряешь. А биопринтер, эта колыбель для взрослых заледенелых мужиков классная штуковина, если подумать, может ею и мумии мамонтов из земель сибирских оживлять можно...

— Дмитрий! Ваш имплант медицинского контроля синтезирует слишком много внутривенного этанола! Вы близки к сильному опьянению!

— Чего?

— Это чисто медицинская функция импланта и не должна использоваться без необходимости!

— Да? Ну... Мы с ним за встречу как бы... посинтезируем еще чуточку... Тело новое, обмыть же надо... Удачу, нашу совместную с вами, Светланочка, удачу моего восстания из мертвых! И сколько у меня этих имплантов вообще... Один — базовой связи, он Гайдна включает... Второй — не чокаясь, видишь ли, спирт...

— Просто имплант еще не откалиброван под интенсивность твоих чувств и считает, что тебе больно.

— Ах, он так считает... Может ему там видней, кстати.

— Дима, эх Дима... Значит вся внешняя уравновешеннось была лишь маской. Вас пугает мир за стенами Центра? Незнакомое время? Вы потому так раскачали свои чувства?

— Ну может и так. Я не понял свою роль здесь. И что мне теперь лучше всего делать... С прошлым, с будущим. До этого разговора мне жутко хотелось узнать о своем прошлом, найти тех, кто меня знал, соседей или сослуживцев, узнать себя глубже, но теперь это уже почему то неважно. Сомнения всюду. И есть ли у меня право действовать на свое усмотрение или я теперь ваша собственность, игрушка... Мышка...

— О, когда мужчина называет себя мышкой... Хорошо, что здесь нет психолога. Или плохо. Вот, я и сама теперь уже во всем сомневаюсь. Это явное заражение эмоциями другого человека, цена хорошей эмпатии. У меня всегда был высокий эмпатический индекс, почти как у стабильных экстрасенсов. И что это за мысли о непонятности своей роли здесь... Ты не наша собственность, но ты наш пациент, сейчас идет период адаптации органов. Скоро начнешь смотреть новости, изучать наше время, кое-какие законы... У нас здесь есть исследования для военных, но на твоем деле грифа "секретно" нет, значит суперагента из тебя не делают. А почему наш Центр не стал афишировать твой случай сразу... С доктором обсуди, я ведь просто рядовой сотрудник Отдела Первичной Регенерации. Пыль протираю на биопринтере.

— Светлана, настоящее чудо здесь ты, а не биопринтер!

Она шумно вздохнула:

— Чудо случиться, если ты не испортишь беседу с дочерью, которая старше тебя на добрую дюжину лет. И я знаю, как вам помочь. Давай сделаю иньекцию сорбента для мгновенного отрезвления и еще, пожалуй, легкое седативное дам, чтобы имплант мед-контроля не бушевал...

— Дочь... Я чувствую, что хочу отговорить ее от марсианской авантюры, но ведь это может быть крупной ошибкой. Эгоизмом. Марс может сделать ее счастливой...

— Да. Но может и убить, беспокойство твое понятно. И даже не сам Марс, ведь полет в космосе далеко не прогулка по пляжу. Даже при нынешней мании лунного туризма, якобы безопасного, каждый восьмой полет кончается фиаско.

Стена в палате слева от него изменила свой цвет, перестав быть белой, теперь она стала черным зеркалом, но лишь на три секунды, потом из глубин этой черноты просияли краски другого пространства, и вот уже со стены-экрана на них смотрели огромные глаза. Еще миг и они отдалились, стало видно лицо с бородой, доктор Карл улыбнулся и кивнул, сделал ломанный жест большой ладонью и вновь его изображение отдалилось, теперь он был почти нормального размера, на нем была фиолетовая рубашка и бежевый галстук:

— Доброе утро, Дмитрий. — Голос загрохотал со всех сторон рычащим громом, Светлана быстро сделала плавное волнообразное движение кистью, сбавляя громкость.

— Здравствуйте, доктор, — Отозвался Дмитрий.

—Судя по тому, что мне дали хорошо выспаться, в Центре ничего страшного минувшей ночью не произошло! Светлана, как дела у пациента?

— Нормально, — Ответила Света. — Умеренные стрессовые реакции. Требуется тонкая настройка имплантов.

— Значит, контролируй пока ситуацию лично. Я позже зайду в палату, сейчас буду занят в Блоке-А, там неотложка с простреленным тигром сейчас прилетит. Помоги Дмитрию с технической частью при установке связи с... базой подготовки марсолетчиков или как она там называется. С дочерью, вообщем. Используй предложенный ими протокол шифрования связи.

— Хорошо, ясно.

— Отключаюсь.

Стена вновь стала непроницаемо белой.

— Занятой человек, — Сказал Дмитрий.

— Да, к сожалению есть силы, которые мешают ученым создать больше таких учреждений, как наше, мы очень загружены... Может еще через лет десять-двадцать расклад измениться. Эх, сама иногда хочу нырнуть в крио-сон, чтобы побыстрее увидеть, чего мы добьемся в будущем...

— А что, идея ничего. У меня вот получилось...

— Но потом можно и не проснуться. В крио-сне мы беззащитны. Случиться вот землетрясение, ураган какой, так и не убежишь...или беспорядки, а может начаться и тотальная техно-деградация... И все капсулы со спящими окажутся уничтожены или некому будет ими заниматься. Использовать крио-сон это скорее побег в будущее, которое может не наступить... тайм-эскапизм. Мечта в минуту слабости. Ведь иногда так тяжело видеть демонстрации против работы Центра... слышать обвинения в неэтичности... в некой изначальной порочности наших методов... в том, что мы здесь монстров выращиваем.

— Монстров типа меня? Узнаю старое доброе человечество, куда ж без предрассудков, без интриг и заговоров.

— Но прогресс происходит! И это уже не иллюзия. Ты ведь еще не слышал про... — Она наклонилась к нему ближе, и он уловил запах цветов. Понизив голос она сказала. — Про Академию Идеальных.

— Академия Идеальных?

— Да. Это жаргонное название, под ним их знает весь мир. Сами они именуют себя Искатели Совершенства. Где то их считают мистиками от науки, настолько свежи их взгляды на дальнейшее развитие мира, человеческих способностей и ценностей...

— Совершенство. Звучит скорее утопично. Чего оно стоит в слепо-бушующем мире...

— Они верят, что даже один Совершенный способен пробудить в целом мире желание развиваться и меняться в направлении идеала.

— Да, но им нужно абсолютное совершенство во всем? Это ведь нереально! Вот есть, например, самый лучший гонщик, он в своем деле достиг совершенства, допустим... Но на теннисном корте он будет хуже меня... А если и там окажется хорош, то в алгебре или физике слаб.. А слабость никак не совершенна. Или я не прав, Света?

— Они развивают себя всесторонне, добиваясь спиральной синергии своих возможностей вместо замкнутых кругов, ограниченности, как японские самураи когда то занимались поэзией или каллиграфией, считая, что практика этих искусств отражается и на мастерстве владения мечом... Совершенство имеет по мнению Искателей тоже наука, оно имеет несколько десятков свойств, и они стремятся достичь их... шаг за шагом, от одного к другому, чтобы достичь того самого абсолютного уровня, о невозможности которого ты говоришь... взаимной интегрции всех своих знаний, и эта их цель — не ради простого саморазвития, они стремятся познать природу, силой мысли влиять на материю, стать хранителями гуманности, объединять в телепатические сети свои умы, пересекать пространство и время своим организованным менталом и духом... Стать формой энергии, не теряя при этом связь с физическими телами. Добиваются они этого в том числе и нашими научными методами...

— Ну, одной жизни может и не хватить на такое восхождение к Совершенству...

— Наверное, потому они и заказывают нашему Центру кое-какие исследования...

— А я то уж подумал, каким боком тут генетика... А вот если они однажды в будущем научились преодолевать силой мысли время, незримо хранят мир... Тогда не исключено, что сейчас мы здесь не одни с тобой в этой палате... Ау, Совершенные, дайте нам знак!

Они оба молча замерли. Свет ламп едва заметно мигнул. Дмитрий почувствовал легкий нервный холодок на спине. Светлана улыбнулась:

— Это новый портативный реактор у Центра давит на стабилизаторы напряжения, не бери в голову... Но логика верная! Совершенный может менять обличье, как вода меняет форму, в зависимости от емкости, от места своего нахождения... Совершенный может играть роль в зависимости от обстоятельств... И еще, если однажды в прошлом кто то погиб и теперь, воскреснув, не может вспомнить лиц своих близких, Совершенный мог бы из гуманности сделать чудо и вернуть забывшему его память, ибо способен скопировать ее структуру там, в прошлом, и сохранить ее в виде квантованных иерархий, стабилизированных магнитных полей, или как там уж удобно будет, хоть в кристаллах арктического льда или самом граните гор, — Последние слова она произносила закрыв глаза и словно бы чужим, более взрослым и знающим голосом. Потом вздрогнула, поежилась, — Прости, я словно куда то уплыла... Не помню, что говорила. Надеюсь не про поющих роботов?! Ну нравятся мне их арии, да, но это же временное увлечение... Нам пора налаживать связь с твоей марсианкой.

А он с удивлением обнаружил, что помнит многое из того, что должен был забыть навсегда.

Когда на стене возникло лицо Алины-Рианны, он сразу узнал ее. Когда то они двоем бегали по зеленой траве за бабочками.