Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Иной мир

Рассказ посвящается современному г.Москва

Как оказалось, нашествие инопланетян никого не потревожило, да и некого было тревожить. На Земле царило безмолвие и тишина. Пустошь раскинулась по всей поверхности, оголяя некогда богатую и зелёную почву. Вокруг не было ни души.

— Странно. А где все? — с удивлением спросил воркут.

— Не знаю, — ответил его попутчик кандалак. — Может, вымерли?

— Ну, вряд ли. Давай поищем. Я уверен, что они просто прячутся.

Кандалак сложил руки рупором:

— Земляне, отзовитесь! К вам прибыли люди с Воркутии и Кандала, планет другой галактики. Примите же гостей...

— ... незваных, — дополнил воркут, уже расстроившись, что им не было оказано должного приёма.

— ... незваных... Увы, мы незваные гости на этой планете и поэтому нам не понять, куда делись все.

— А не могли они спрятаться?

— Куда?

— Под землю...

Инопланетяне в задумчивости посмотрели на землю.

— Вполне возможно, — медленно произнёс как бы в задумчивости кандалак.

— Тогда надо искать вход, — оживился воркут. — Ведь где-то он должен всё-таки быть.

— Да, должен.

Инопланетяне отправились на поиски входа в подземный мир землян. Они осторожно шли по песку, но везде было пусто. Кандалак сделал ещё один шаг и вдруг провалился куда-то, а вслед за ним провалился и воркут.

Они совсем неожиданно оказались в незнакомой местности среди снующих туда-сюда машин. Это был город, город-мегаполис. Машины были везде: они пролетали над новоприбывшими и проезжали мимо них. Какими-то безличными то ли роботами, то ли муравьями кишела вся местность.

— А где же люди? — И только сейчас они поняли, что те самые «муравьи» и есть люди, заполнившие собой всё пространство пополам с машинами.

— Ого! Что-то мы их недооценили. И что нам теперь делать?

— Искать пристанища, полагаю.

— Ладно, так уж и быть, давай начнём.

Они бродили долго, всё время натыкаясь на дороги, которые никуда не вели. Совсем скоро инопланетяне осознали, что заблудились.

— Вот, и что же нам делать? — спросил воркут.

— Искать выход.

— Да, и как мы, по-твоему, подчиним планету, если мы уже на ней заблудились?

— Постой, мы же собирались найти верховного землянина, чтобы договориться с Землёй о сотрудничестве в войне, разве не так?

— И это тоже. Для начала, да, договорённость нужна, затем уже потихоньку их подчиним.

— И как мы их подчиним, если мы заблудились?

— Вот мне тоже это интересно. Ну ладно, наверное, ещё поищем людей или домик какой-нибудь.

Они ещё немного побродили. Чудом перейдя дорогу, они наконец-то оказались перед зданием. Перед ними возвышался «домик».

— Ничего себе домик. Да это же настоящий домище! — воскликнул воркут.

У «домища» стоял охранник:

— Так, ребята, что вы тут делаете? — осведомился он.

— Мы хотим войти в здание.

— С какой целью вы хотите войти туда?

— Нам нужен ваш правитель или вообще какой-нибудь представительный человек.

— Извините, но тут таких нет. А здание для вас закрыто.

— Это значит, что вы нас не впускаете вовнутрь?

— Да. И вообще я бы вам порекомендовал бы покинуть территорию этого небоскрёба.

— Вот как? Так вы говорите, правителя здесь нет?

— Нет и быть не может.

— А куда же он делся?

— Никуда. Он там, где и должен быть. В здании парламента. Да разве вы об этом не знаете?

— Не знаем... Мы же путники. И вообще мы только что с поверхности.

— Да ну. У нас вообще уже давно никто на поверхность не выходит.

— Почему? — удивился воркут.

— Там же опасно, — охранник подозрительно посмотрел на них.

— А что там такое?

— Вы что действительно ничего не знаете? — охранник смерил их недоверчивым взглядом. Уловив отрицательный жест, он продолжил: — Ну, во-первых, человечеству надоело быть на поверхности, надо как-то местность под землёй обживать. Во-вторых, спустя какое-то время после нашего ухода, Земля перестала быть пригодной для жизни из-за долгого отсутствия людей. Более того, поверхность опасна, на ней постоянные песчаные бури, потопы, ураганы и другие беды, поэтому человечество и решило перебраться под землю и освоиться там, — всё это он говорил тоном лектора, объясняющего уже в который раз теорию непонятливым студентам.

— А вы всё это решили единогласно?

— Да конечно же нет. Была масса противников этой идеи, которые какое-то время ещё выходили на поверхность, но вскоре и они перестали.

— Так основная причина ухода людей не в климате?

— Нет.

— Всего этим людям мало, ненасытные какие. А что на поверхность совсем никто не выходит?

— За последние пять лет никто туда не выходил.

— Ясно.

Охранник немного помолчал:

— А зачем вам, как вы его называете, правитель?

— Это не ваше дело, — отрезал кандалак. — Зачем он нам нужен — мы сами отлично знаем.

— Нам ведь просто с ним договориться надо, — добавил воркут.

— А, ясно, обычные дела, — махнул рукой охранник и отошёл от них.

— Ну как, идём искать здание парламента? — спросил воркут.

— Идём.

Они отправились в путь и вскоре снова безнадёжно заблудились в городе…

 

***

Молодой паренёк блуждал по городу, безуспешно пытаясь найти дорогу обратно. Он только что случайно забрёл в неизвестные ему доселе дебри и никак не мог найти дорогу из них, и, особенно, домой. Он бродил уже долго, часа три, и до сих пор ему не удавалось наткнуться на выход. Подобия его как раз-таки попадались, но это были всего лишь навсего подобия, а не тот самый реальный и необходимый выход. Паренёк продолжал блуждать, всё больше отчаиваясь.

 

***

В этом городе все терялись. И она тоже заблудилась. Женщина прибыла из другого города и никогда ещё не видела столько людей. Она никак не могла понять, как такое возможно, чтобы в приезжающий каждые три минуты поезд входило каждый раз и на каждой остановке во все вагоны столько людей, сколько выходило, при этом каждый раз оставляя поезд битком набитым. «Да как может быть вообще столько людей? — думала она. — Да это ведь невозможно!». Увы, невозможное оказалось возможным. Куда ни глянь, везде: или люди, или машины. А сами люди идут, ничего перед собой не видя и не замечая, словно роботы, выполняя каждодневную уже успевшую надоесть механическую работу, которая стала уже привычкой: добраться до очередного или, скорее всего, того же самого, как и всегда, пункта назначения. И добираться до этого пункта не две минуты, а коротать часы в вечно снующем туда-сюда потоке машин и людей. Вот, она снова вышла на сверкающее озеро. Да неужели вода? О нет, это была не вода. Она вышла на сверкающее озеро машин. «Сколько же машин... в жизни не видала столько!» — думала женщина.

Она боялась этой непонятной огромной вечно куда-то движущейся и ничего перед собой незамечающей безличной и безликой толпы, похожей на единый гигантский организм. Она была какой-то песчинкой на фоне всей этой толпы и уже успела заблудиться. «Главное — себя не потерять», — со страхом думала она.

Женщина уже долго искала одно нужное ей здание. У неё было в планах: незаконно пробраться на конференцию, вот просто так, из чистого любопытства. «Ну где же, где же это здание?!» — всё чаще спрашивала себя она. Возрастающая внутренняя тревога ухудшала общий её настрой. Она на фоне этого гигантского монстра выглядела крайне жалко. «Во всём виноват город! — думала она. — Столько людей...».

 

***

Люда всегда чувствовала приближение грозы. Вот и сейчас она почувствовала, что что-то не так в воздухе и в атмосфере города. Всеобщая суета поглощала всех, но не могла поглотить её. Девочка шла по своей привычной дороге. Она раньше часто бывала на поверхности, но уже лет пять как не была там. На поверхности уже небезопасно, а значит, лучше прислушаться к мнению экспертов и не ходить туда. Девочка спустилась по склону горы. В низменности, там, где она оказалась, были протоптаны две разветвляющиеся дорожки. Люда свернула на одну из них, почему-то ей казалось, что надо именно эту тропинку выбрать. Она шла, думая, как всегда, о своём, — десятилетняя искренняя маленькая девочка. Неожиданно, она неподалёку увидела явно с испуганным и потерянным видом озирающегося молодого человека.

— Добрый вечер. Вы случайно не заблудились? — осведомилась она.

Парень взглянул на неё. Казалось, её улыбка освещала всю улицу, по которой она шла. А ясные искренние детские глаза излучали доброту и тепло. Молодой человек попытался улыбнуться в ответ, но улыбка вышла кривая.

Он вдруг почувствовал себя спокойно рядом с этой девочкой, и ответил:

— Да, я тут немного…, — ему стыдно это было признавать перед такой малюткой, но всё же он высказал это, — заблудился.

— Пойдёмте со мной, я помогу вам найти дорогу, — весело предложила девочка. — Куда вам нужно попасть?

Парень уже полностью был спокоен, у него даже получилось наконец-то улыбнуться. Он назвал адрес.

— Это далеко отсюда..., — задумчиво сказала девочка. — Но я всё равно вас проведу, не отпускать же в самом деле вас одного неизвестно куда и в каком направлении, да к тому же темнеет.

Действительно уже начало искусственно темнеть. В этом городе всё было искусственно, не только свет и тьма, но ещё и растительность. Девочка продолжала двигаться вперёд, ведя за собой заблудившегося человека. Казалось, от неё самой исходил свет. Они шли уже час, как вдруг Люда остановилась.

— Подождите, пожалуйста, мне кажется, там кто-то есть, — сказала она, обращаясь к парню, и нырнула в кусты.

На лавочке у кустиков сидела молоденькая женщина, уперев локти в колени и ладонями сжимая виски, с печально поникшей головой, видимо, от безысходности. Девочка подошла к ней:

— Извините, вам помочь?

Женщина, подняв голову, уставилась на девочку:

— А разве вы сможете помочь найти дорогу? Я заблудилась и никак не нахожу верного пути.

— А куда вы направляетесь?

— В институт. Завтра хотела пойти на конференцию, но сейчас хотя бы домой найти дорогу.

— А в какой именно институт вам нужно?

— На Ленинском проспекте который.

— Ой, вы совсем не туда забрели. Пойдёмте, я вам покажу, где он находится. Его в народе ещё называют «Золотые мозги», правда, туда сложно пробраться, но если найти туннель, ведущий туда, то можно туда довольно быстро попасть, через два часа, может, отсюда.

Девочка вернулась вместе с женщиной к молодому человеку, и они все вместе продолжили путь.

Почти через два часа они уже были напротив «Золотых мозгов», от которых их отделяла только широкая, тянущаяся на несколько километров, магистраль.

— Нам надо вот сюда, — девочка указала на спрятанный вход в туннель, к которому они подошли. — Пройдёте по этому туннелю и как раз выйдете со стороны входа в институт.

— Ах, вот он где! А я всё его искала... Спасибо вам огромное! Завтра сюда как раз и направлюсь. Я-то его видела, но никак не могла понять, как к нему попасть. Вообще не подозревала, что здесь ещё и туннели есть! А как теперь отсюда мне пробраться к дому на улице Тульская 23?

— Пойдёмте. Я вас проведу. Здесь недалеко.

Через минут сорок они дошли до перекрёстка.

— Вот, видите дорожку по правой стороне улицы? Идите по ней и никуда не сворачивайте и где-то через минут двадцать будете на месте как раз у дома 23, что нужен вам.

— Благодарю!

— До свидания! Удачно добраться вам!

— Спасибо! До свидания.

— А нам с вами ещё остаётся немного пройти, — обратилась Люда к молодому человеку. — Ваш дом находится в противоположной стороне от этого дома.

Через минут десять они, наконец, дошли до дома молодого человека. Тот с облегчением опустился на скамеечку рядом с домом.

— Спасибо вам большое за помощь! А вы сами как не устали?

— Если честно, то устала. Но я потом отдохну, отсюда недалеко до моего дома, — уставшая девочка, лучезарно улыбнувшись, пошла по привычной дороге.

Люда шла недолго, вдруг она наткнулась на двух заплутавших людей.

— Извините, — остановили они её, — а вы не подскажите, где сейчас правитель?

— В парламенте, полагаю.

— А где располагается парламент и как дотуда добраться?

— Я слышала, что он сейчас не в главном здании парламента. Неглавное здание находится на Духовском переулке между улицей Даниловская и проспектом Гагаринским, дом 22 Г. Я могла бы вас сама проводить, но уже поздно, меня дома ждут. Вы можете добраться на поезде. Вам всего лишь надо дойти до вокзала, сесть на станции Серпуховская, проехать три или четыре станции и на Чернышевской пересесть в другой поезд до Тульской, затем ещё одна пересадка и до станции Полянка. Станции объявляют на двух языках: местном и на международном, правда, с акцентом, так что, если вы ещё не ездили на таком поезде, предупреждаю, поначалу вам акцент может показаться очень смешным, пока не привыкнете. Далее от станции Полянка минут двадцать пешком до неглавного парламента, там можете потом расспросить людей, куда сворачивать, если у вас не получится найти самим парламент, жители того района скорее всего знают. Вся дорога занимает час-полтора, не больше.

Воркут и кандалак переглянулись, по-видимому, шокированные такой явно объёмной для них информацией.

— Спасибо. Но мы лучше не пойдём. Да ну вообще эти затеи и эту Землю! И без этого как-нибудь проживём!

— Да, а то пока найдёшь этот парламент, скорее снова заблудишься, — вторил второй.

— В таком случае, куда вы сейчас собираетесь идти? — осведомилась Люда.

— Обратно на поверхность. Только мы не знаем, как найти вход туда?

— Я вас проведу. Не беспокойтесь, тут недалеко. У нас на каждый район есть свой проход туда. Он в виде небольшого люка, встроенного в стену либо в другое место. Тут минут десять идти.

Они дошли до люка, замурованного в кирпичную стену, девочка потянула крючок на себя, открывая его, и перед людьми открылся небольшой проход вовнутрь. Все трое по одному залезли в проём. Последняя туда залезла Люда, прикрыв немного люк.

Наконец-то впервые за пять лет она выбралась на поверхность. Космическое судно прилетевших было недалеко в пятистах метрах от люка. Девочка проводила инопланетян. Космический корабль не произвёл на неё должного впечатления, она уже давно догадывалась, что эти двое явно с другой планеты. Ничего удивительного. Хотя Люда в инопланетян не верила, но никогда не исключала возможности существования жизни на других планетах. Скорее, она не верила ужасам про монстров, которыми взрослые всегда запугивают детей.

Проводив взглядом отдаляющийся космический корабль, девочка в глубокой задумчивости побрела к люку и вдруг, на полпути остановившись, опустилась на прохладный песок. Лёгкий прохладный вечерний ветерок освежал лицо девочки. «А небо, какое красивое небо! — девочка смотрела куда-то в глубь тёмного купола. — Его никогда не сможет заменить искусственное небо». Девочка поёжилась при мысли, что ей придётся вернуться в этот искусственный ненатуральный мир, где всё — это только копия и проекция этого натурального мира, в котором она сейчас находилась. Вокруг было так хорошо, так спокойно, что совсем не хотелось покидать этот мир спокойствия и безмятежия. «Так бы и сидеть тут бесконечно, но надо идти домой…», — девочка грустно вздохнула. «Странно, что поверхность считают опасной, здесь ведь так хорошо», — вдруг подумала она и осмотрелась, как бы пытаясь ощутить всю атмосферу этого необычного и, увы, уже непривычного мира, ставшего почти чужим, но бывшего всё ещё таким родным.

Сидя в глубокой задумчивости, Люда слабо улыбнулась. Она знала, что рано или поздно землянам это всё надоест, и они вернутся снова к маленьким городкам и цехам, жаждая вновь открыть что-нибудь новое и необычное для себя, чтобы вновь научиться удивляться. А этот мир бездушных машин и безликих людей исчезнет навсегда. Люда встала с песка, оттряхнула платьице и поспешила обратно к люку, пора было возвращаться, дома её ждала любимая ею и любящая её семья. Однако Люда твёрдо решила уговорить всю семью выйти на следующий день на уже безопасную поверхность.