Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

Сингулярность

Искуственное солнце яркой нитью прочерчивало небо. В городе, расположившимся на внутренней поверхности исполинского цилиндра царила абсолютная тишина. Единственными нарушителями безмятежного спокойствия были двое людей, неторопливо шедшие по пустым улицам, и о чём-то оживлённо говорившие. Один из них - Егор, молодой человек 20 лет, был студентом, второй - Виктор Аристархович, являлся наставником Егора, его учителем, ментором и воспитателем. Виктор Аристархович заключил контракт на индивидуальное обучение с отцом Егора, и по условиям этого контракта он был обязан заниматься всесторонним развитием своего подопечного. Такой формат обучения, берущий своё начало в античные времена, снова стал популярен в 30-х годах 21 века, и явился ответом на стагнирующие громоздкие системы образования государственных и частных учереждений. Естественно, далеко не всем был по карману личный наставник, но отец Егора занимал одну из ключевых должностей в крупнейшей мировой информационной экосистеме, и мог позволить дать сыну лучшее образование из доступных на данный момент. Занятия проходили в псевдореальности “Реконструктора”, где можно было создавать миры и пространства с любыми физическими законами и правилами, которые ощущались при этом абсолютно реальными, благодаря интерфейсу “Мозг-Компьютер”. Интерфейс работал на технологии биоимплантов, вживлённых в мозг, и дублирующих нейронные пути передачи импульсов.

 

Виктор Аристархович проводил занятие по литературе, и выбрал для этого один из шаблонов города в космосе, каким его представляли в конце 20 века, - огромный цилиндр, вращающийся вокруг своей оси для создания эффекта гравитации.

- Я совсем не это имею в виду, Егор! Конечно же они придумывают новое! - горячо говорил он. - Я говорю о том, что роль литературы в жизни общества меняется, и фантастика, как часть этой самой литературы, тоже меняется. Вопрос в том, как она это делает, и куда направлен вектор её развития. Понимаешь?

- Не совсем, Виктор Аристархович. До этого вы говорили об упадке, и бесконечном повторении одного и того же, а сейчас о развитии и о том, что появляется много нового. Я не понимаю, как это увязать между собой...

- Ну хорошо, хорошо, - задумался учитель. - Когда зародилась научная фантастика, как жанр, помнишь?

- В конце 19 века, вроде бы…

- Да, считается, что это так. А почему именно тогда, знаешь?

- Что-то связанное с промышленной революцией? - осторожно спросил Егор.

- Так, хорошо, а почему именно тогда?

- Не знаю, - честно признался Егор.

- Единственной причины, конечно же не существует, - продолжал ментор. - Большую роль сыграло то, что огромные перемены происходили настолько стремительно, что их нельзя было не замечать, что, в свою очередь, подстегивало воображение людей, обнажало страхи и фантазии, мечты и надежды. Так уж человек устроен - то, что не меняется, быстро перестаёт замечаться. А литература всегда - отражение общества. Понимаешь?

- Да, в общих чертах, - соврал Егор. - Литература отражает общество. Научно-техническая революция привела к отражению её в литературе.

- Примерно так. Появившись, жанр начал развиваться. Помнишь первых фантастов? Жюль Верна, Герберта Уэллса? Несмотря на их гениальность, сегодня многие их книги кажутся немного наивными. Но их заслуга была в том, что они верно ухватили существующие тенденции, развили их своим воображением, и показали обществу, к чему можно стремиться, а чего стоит остерегаться. И общество с воодушевлением приняло их творчество. Что было потом?

- Потом? Всё развивалось дальше, наверное?

- А каким образом? И куда?

- Не знаю… - замешкался Егор. Он незаметно для себя успел потерять нить разговора и хотел, чтобы он скорее закончился. Виктор Аристархович как ни в чём не бывало продолжал:

- А потом фантастика шла рука об руку с наукой и техникой. Новейшие открытия и изобретения порождали новые фантазии и сюжеты, которые, в свою очередь, вели к новым открытиям и изобретениям. Уже в это время начали проявляться особенности нового жанра, можно сказать проблемы. Какие, по твоему?

Егор молча пожал плечами.

- Мир испытывал небывалый рост во всех областях знаний. В физике, химии, биологии, геологии, филологии, всего не перечислить.Практически безграничный выбор тем для творчества! Но самые известные и популярные книги того времени - о космосе, иных цивилизациях, невероятных приключениях и путешествиях во времени и пространстве, но ни одной об изучении семантической структуре слов какого-нибудь языка, например. А всё потому, что про космос интереснее читать! Невидимая рука рынка, которая оказывается эффективнее цензуры! Если какая-нибудь тема или книга порицается обществом, или государством, она всё равно пробьётся, найдет выход. Но если книгу не захотят покупать… Подумай над этим на досуге, я сделаю пометку.

- Хорошо, Виктор Аристархович.

- Так вот, научные достижения снимают определённые границы в мышлении, открывают небольшую лазейку воображению, и вуаля! Целые миры рождаются в ответ, показывая то, к чему нужно стремиться науке дальше. Наука и научная фантастика взаимодополняют друг друга, подталкивают к развитию. Многие учёные писали книги, в которых озвучивали свои самые смелые гипотезы, многие из которых оказывались верными! Следишь за ходом мысли?

- Ага… - Егор честно пытался следить, но мозг отказывался усваивать так много информации за столь короткий срок.

Виктор Аристархович заметил, что его ученик устал.

- Знаешь зачем я всё это рассказываю?

- Для общего развития? - ответил Егор шаблонной фразой.

- Не только. Как твоему ментору, мне важно, чтобы ты развивал свою способность анализировать информацию и думать. Это твоё задание на следующую встречу. Исходя из того, что я тебе сегодня рассказал, тебе нужно ответить на вопрос: “Почему литература в целом, и фантастика в частности, находится в упадке?” И находится ли? - добавил Виктор Аристархович, немного подумав.

- Хорошо, я подумаю! - оживлённо ответил Егор. Он совершенно не понимал, как связана тема прошедшего занятия с этим вопросом, но был рад, что всё закончилось.

- До встречи, - махнул рукой Виктор Аристархович и вместе с городом растворился в воздухе. Егор выключил интерфейс и оказался в своей комнате.

 

За окном было пасмурно, шёл снег и дул сильный ветер. В воздухе перед лицом появилось уведомление о назначенной на 16.00 встрече. Егор поморщился. Встречаться с человеком вживую не хотелось, но выбора не было. Ему нужны были деньги, не зарегистрированные в Системе, а значит, нужна была работа. Привычным движением глаз он открыл “Оракула”.

- Что надеть для прогулки?

- Тёплое пальто и что-нибудь на шею. У вас небольшой воспалительный процесс в горле, избегайте переохлаждения.

Горло Егора не беспокоило, но он привык полностью доверять “Оракулу”, поэтому, собираясь, плотно обмотал шею толстым тёмно-синим шарфом. Предстоящая встреча волновала его, и, немного подумав, он налепил перед выходом на запястье, рядом с идентификационным чипом, противотревожный пластырь.

 

 

***

 

Встречу Егору назначили в кафе под многообещающим названием “Эдем”. Чтобы окончательно разогнать тревогу, Егор весь путь проделал пешком - это заняло около часа. Зайдя внутрь, он ощутил густой аромат хорошего свежесваренного кофе и горячей выпечки, теплота приятно окутывала тело, приятно контрастируя с морозным воздухом улицы. Егор сел за столик, заказал эспрессо с корицей, и в ожидании заказа оглядывался по сторонам. Было пустынно - за одним из столиков сидел, уткнувшись в телефон, невзрачного вида худощавый мужчина, больше посетителей не было. До встречи оставалось ещё время, и Егор прокручивал в голове сценарии возможного развития событий, хотя это и было абсолютно бессмысленно. Ему предстояло познакомиться с теневой стороной современного общества, и виной тому была, как часто бывает, любовь к девушке. Вернее, то, что Егор считал таковым. Он несколько месяцев был знаком с одной особой, и не так давно она изъявила желание открыть вместе с ним новые грани сознания и чувственного опыта, для чего требовались официально запрещённые химические соединения. Егор, как истинный джентльмен, вызвался достать всё необходимое, и его нахождение в кафе было шагом на пути к осуществлению этой цели. В теории всё было просто: нужно было выйти на теневой бизнес и заключить договор купли-продажи, но было несколько моментов, которые всё усложняли. Во-первых, за последние годы алгоритмы сделали огромный скачок и смогли наяву осуществить самый страшный сон борцов за анонимность в сети и свободу слова - тотальный контроль за всеми видами коммуникации в сети. Нейронные сети научились распознавать смысл разговора, расшифровывать иносказания и метафоры, переводить секретные языки, даже если их создавали и пользовались всего двое людей. Конечно же, это делалось под эгидой борьбы с преступностью, защиты прав человека, и безопасности. На практике это означало встречи и договоры вне Сети, с глазу на глаз, что было Егору совсем не по душе - он просто не привык к такому формату общения. Во-вторых, тв сети также отслеживались любые транзакции, не спасали даже анонимные криптовалюты - развитие квантовых вычислений поставило крест на этой лазейке. Всё это привело к тому, что преступность начала использовать средства расчёта, которые принимались только внутри своего сообщества, которые тоже перемещались в оффлайн. Циркуляция денег между легальными и чёрными рынками прекратилась, и теперь они развивались параллельно, двумя обособленными экосистемами. Это значило, что для того, чтобы заключить сделку на чёрном рынке, нужно было становиться частью этой системы, зарабатывать в ней деньги, чтобы иметь возможность их потратить. В обычных условиях Егор никогда бы не стал связываться со всем этим, но его чувства к Тане заслоняли собой разум, искажали картину мира.

 

- Допивай кофе, и пойдём пройдёмся, - неожиданно раздался голос возле Егора. Говорившим оказался тот самый невзрачный тип - единственный, кроме Егора, посетитель кафе.

- Окей, - Егор одним глотком осушил свою маленькую чашку, встал и потянулся к пальто. - А вы…? - он не успел закончить вопрос, потому что незнакомец поспешно приложил палец к губам и замотал головой.

- Пойдём, - кивнул он в сторону двери.

- Не надо говорить о деле в помещениях, - заговорил мужчина, когда они вышли на улицу. - Это небезопасно. Ты новенький?

- Да, - признался Егор. - Но я знаю правила.

- Знать и уметь - разные вещи, - парировал незнакомец.

- Я отключил интерфейс.

- Как раз в этом нет необходимости. У меня с собой глушитель сигнала, он действует в радиусе полутора метров. В помещениях от него нет особого проку, но здесь, - он обвёл рукой улицу, - вполне годится. Харон, - представился он.

- Матвей, - протянул Егор руку. По не вполне понятной для него самого причине он решил взять себе такой преступный псевдоним.

- Внимательно слушай, Матвей, - перешёл к делу Харон. - Будешь курьером. Я дам тебе три адреса, тебе придётся запомнить их наизусть. Дело простое - на первом адресе тебе передают груз, несёшь его на второй, отдаёшь, получаешь новый, несёшь на третий, отдаёшь. Всё просто. По итогу получаешь флэшку, на которой 10 монет. Работа в среду, на первую точку ты должен прибыть в 9.00. По рукам?

- 10 монет за прогулку? - уточнил Егор. Он не знал, много это или мало, и хватит ли ему этого. - А я смогу купить на эти деньги “Гедонизм”, человек эдак на двух?

- Не самого высокого качества, но если первый раз - тебе будет неважно, - пожал плечами Харон. Так ты в деле?

- Да, - решился Егор.

- Прекрасно, теперь ты часть нашей организации, - они пожали руки. Слушай и запоминай адреса…

 

Когда Харон удостоверился, что что Егор всё точно запомнил, он произнёс:

- Если у тебя есть какие-нибудь вопросы, лучше задай их сейчас, Матвей.

Немного подумав, Егор спросил:

- Ты сказал про Организацию. Что это такое?

- Сообщество людей, которые имеют альтернативную точку зрения.

- Что-то типа “Новой Жизни”?

- Нет, совсем нет. Они - часть системы, хотя и пытающаяся следовать другим принципам. Общее только то, что мы и они возникли как ответ на развитие человечества. Они - как решение проблем потребления, а мы - ответ на усиление государственности.

- А я думал, вы занимаетесь оружием и наркотиками, - задумчиво проговорил Егор. - Ну, так в фильмах показывают.

- Всё течёт, всё меняется, - философски ответил Харон. - Это, конечно, тоже. Но сейчас преступностью считается нежелание интегрироваться с Системой. Хотя, это явление неоднородное - кто-то действительно занимается классикой. Грабит склады, продаёт наркотики, - добавил он.

- А Организация?

- Тебе рано об этом знать, - отрезал Харон.

- Ну ладно, - разочарованно протянул Егор.

- Кстати, ты слышал о технологической сингулярности? - спросил вдруг Харон.

- Нет… А что?

- Ничего. Потом как-нибудь. До встречи, - протянул он Егору руку. - Не подведи.

***

 

Егор с наставником неспешно шли по усеянной кратерами безвоздушной пустыне. Чёрное небо было усеяно невероятным количеством мерцающих звёзд, над головами величественно висела Земля. В вакууме стоял густой запах сыра. Виктор Аристархович удовлетворённо оглядывался по сторонам и полной грудью вдыхал необыкновенный аромат сырной Луны. Егор шёл рядом и смотрел под ноги, на языке у него крутился вопрос, который он пока не решался задать.

- Всё таки, технологии это великая сила! - нарушил молчание учитель. - Прогулки по Луне, не выходя из дома, только вообрази себе!

- Виктор Аристархович… - осторожно начал Егор. Он вырос в среде, где подобные путешествия были обыденностью, поэтому не понимал восторга своего ментора, но одна деталь всё же не давала покоя. - Почему Луна из сыра?

- Это прекрасное место для занятия, - серьёзно ответил наставник. - Во-первых, это абсолютно новая для тебя обстановка, значит ты гораздо лучше запомнишь содержание урока, а сегодня важная тема. Во-вторых, Луна всегда привлекала внимание мечтателей и учёных, да и вообще почти всех людей, была предметом легенд, мифов, научных исследований - и сегодня она будет символом нашего занятия. В-третьих, это же сырная Луна, Егор! Только вдумайся в это! - с этими словами Виктор Аристархович нагнулся, оторвал кусок поверхности, и, взвешивая в руке, продемонстрировал Егору. - Сыр! Ты подготовил ответ на вопрос?

- Не успел, - виновато потупился Егор. Первое знакомство с обратной стороной общества в лице Харона произвело на него очень большое впечатление, хотя ничего особенного не произошло, и он не мог думать ни о чём, кроме предстоящей работы.

- Ладно, мы ещё к этому вернёмся. Что ты помнишь с прошлого раза?

- Мы говорили о фантастике, об её истории, и вы спрашивали, почему она в упадке, вроде бы так.

- Да, и в упадке ли вообще. Всё-таки, есть какие-нибудь соображения?

- Может, она просто никому не интересна? Некому читать?

- Ещё?

- Не знаю, - пожал плечами Егор. Он не мог сосредоточиться на разговоре.

- Хорошо. Если больше ничего на ум не приходит, то я начну, а ты подключайся.

- Ага… - Егор растерянно пнул лунный камень, тот беззвучно покатился по поверхности. Егор безучастно проводил его взглядом.

Виктор Аристархович, внимательно глядя на ученика, продолжил:

- Ты прав и неправ одновременно. В относительном значении литературой интересуется всё меньше и меньше людей, но в количественном - больше. Научной фантастики это тоже касается. На планете 10 миллиардов людей, это в 10 раз больше, чем во времена расцвета научно-технической революции! Больше читателей, больше писателей, и это, кстати, приводит к проблеме: невообразимое количество разнообразного контента, который человек уже не в силах обработать самостоятельно, выделить качественные работы и интересных авторов. Ты знаешь современных писателей уровня Толстого, Азимова, Лема? Понимаешь, к чему я веду?

- Человек не в силах… - Егор машинально повторил услышанное. - Постойте, если он не в силах, то есть же алгоритмы, нейросети? - встрепенулся он., ухватившись за промелькнувшую мысль.

-В том то и дело, что нет! Все попытки сделать интеллект, который бы отделял качественную литературу от мусорной провалились. Алгоритмы научились писать хорошие книги, но до сих пор не умеют читать! Представляешь себе?

- Я об этом не слышал…

- Как и о многом другом! Современные люди живут в информационном туннеле, который им создают алгоритмы. “Оракул”, “Проводник”, “Мессенджер” - всё это чудовищно ограничивает человека.

- Ограничивает? - Егор задумчиво почесал голову. Слова учителя начинали отвлекать его, от мыслей о работе. - Но ведь это наоборот, дополняет и расширяет возможности человека! Например, “Проводник”. Я слышал, что ещё 30 лет назад люди тратили кучу времени на выбор вещей и услуг, а корпорации огромные деньги на рекламу. Сейчас просто озвучиваешь желание, параметры, и получаешь готовое решение. То же с “Оракулом”, он каждый раз принимает лучшее из возможных решений. И у меня голова не забита ненужными вещами.

- Но какой ценой? - грустно проговорил Виктор Аристархович. - И потом, если в голове нет информации, как она будет мыслить?

- У людей есть время на реализацию себя!

- И как же ты себя реализуешь? - полюбопытствовал наставник.

- Я… пока никак, я ещё не определился, чем хочу заниматься… - замялся Егор.

- Но как-то ты проводишь время?

- Конечно. Смотрю разные обучающие видео, курсы, развивающий контент.

- А что развиваешь? - хитро спросил учитель.

- Да всё понемногу. Стараюсь развиваться гармонично, сбалансированно.

- А что это значит, по-твоему?

- Ну как сказать… Избегаю перекоса, не забываю слабые стороны…

- То есть, ты сам не знаешь, что это значит?

- Всё я знаю! - внезапно вспылил Егор и тут же испугался своего гнева.

Наставник удивлённо воззрился на своего ученика.

- У тебя всё в порядке, Егор? - мягко поинтересовался ментор.

- Да, всё нормально. Не знаю, что на меня нашло…

- Можешь продолжать занятие?

- Да.

- Хорошо. На чём мы остановились? Ах да, ограничения. На самом деле происходит как раз обратное. Под видом оптимизации времени и повышения эффективности человека загоняют в узкие рамки: сужают информационное поле, избавляют от труда принимать решения, подталкивают к бесконечному изучению чего-то, совершенно ненужного. А ведь именно широта эрудиции, необходимость делать выбор, и сделав его, упорно трудиться, развивать свои навыки, компетенции и профессиональные знания, изучать специализированную информацию - именно это и делает человека свободным, сложным, счастливым и совершенным. Тут некий парадокс, - добавил он, поразмыслив. - Человек, за день посмотревший лекции о поведении человека, войне 1812 года, устройстве театра в Древнем Риме, основах квантовой механики и теории струн на самом деле оказывается куда более ограниченным, чем тот, кто весь день потратил на штудирование учебника ”Численные методы решения дифференциальных уравнений” в поисках нужных ему для решения конкретной задачи сведений. Занятно… - пробормотал он себе под нос. - Не заскучал ещё? - обратился он к Егору.

- Нет, нормально, - ответил тот. Он совершенно не понял того, о чём сейчас говорил учитель. - Я просто не понимаю, к чему вы клоните.

- К тому, что хорошие книги пишут сложные и интересные люди, а для того, чтобы создать проработанный вымышленный мир, нужно помимо воображения недюжинные интеллектуальные способности. К сожалению, современность совсем не располагает к сложности.

- Зачем что-то усложнять? Ведь чем проще, тем лучше? Меньше ограничений...

- Кстати, насчёт ограничений. Что ты знаешь о “Новой Жизни”?

- Ничего особо не знаю, - он вспомнил о разговоре с Хароном и невольно напрягся. - Вроде как они за альтернативное развитие. А что?

- Просто это движение основано как раз на той идее, с которой я тебя познакомил. Не только на ней одной, конечно. Там целая идеология, очень интересная, но речь сейчас не об этом. Удивительно то, чего они смогли добиться. Открыть свои пространства на территории всех континентов, организовать там жизнь по своим правилам, по тем, которые они разрабатывали, как ответ на проблемы современности… И заметь, с каждым годом к ним присоединяется всё больше людей. Не удивлюсь, если со временем они получат представительство в Организации Объединённых Сообществ. Надо будет нам изучить этот вопрос, - отметил ментор. - Впрочем, мы отвлеклись от основной темы. О чём мы говорили?

- Так, ну людям неинтересно читать, слишком много контента, алгоритмы не справляются с обработкой, не умеют читать, - припомнил всё ещё взволнованный Егор.

- Да, хорошо. А ещё о сложности. Пожалуй, на сегодня, хватит, - Виктор Аристархович обернулся назад и задумчиво посмотрел на вереницу шагов, отпечатанных в сырном грунте. - К следующему разу подготовь ответ, каким образом то, что мы выделили может дать толчок развитию литературы. Понял?

- Да.

- Так, и ещё один вопрос. Ведёт ли развитие человека к его совершенству? Запомнил?

- Да.

- Ну всё, до встречи, - Виктор Аристархович привычно растворился вместе с Луной.

 

***

 

Егор стоял у подъезда дома, где его ждал первый адрес и не решался войти. Три глубоких вдоха. “Да что это я, в самом деле, как тряпка!” - разозлился Егор, и шагнул внутрь. Условный стук. Дверь открыл худощавый парень с грязными длинными волосами:

- Входи, - равнодушно произнёс он.

Егор оказался в совершенно пустой прихожей. Парень кивком головы пригласил следовать за собой. На кухне стоял небольшой стол, пара стульев. На одном из них восседал Харон,

- Матвей, - он оглядел Егора с головы до ног. - Всё железо с себя снял?

- Да.

- Присядь, - указал Харон рукой на соседний стул. Егор сел, в нетерпении перебирая пальцами.

- А где груз?

- Не спеши, успокойся. Сегодня ничего не будет. Мы посидим здесь часик, посмотрим, произойдёт ли что-нибудь, и дальше решим, что делать.

- Работа отменяется?

- Переносится. Время нынче непростое, и терпение и осторожность лишними не будут..

Они в молчании просидели какое-то время. Наконец, Егор не выдержал:

- Помнишь, ты упомянул сингулярность?

Харон кивнул.

- Так, вот, я почитал интернет на эту тему. Почему ты завёл о ней речь?

- А что ты узнал?

- Забытая концепция из 20 века, смысл в том, что развитие технологий рано или поздно приведёт к тому, что их количество перейдёт в качество нельзя будет предсказать, что будет дальше.

- Более менее правильно. И что скажешь?

- Не знаю. Не вижу в этом никакой ценности.

- А что думаешь по поводу “Оракула”? - неожиданно сменил тему Харон.

- А он тут причём? - удивился Егор. - Хороший бот, меня ещё ни разу не подводил.

- Почему, по твоему?

- Ну… Он учитывает множество факторов, у него же море данных.

- Тебя не пугает, что он знает о тебе больше, чем ты сам? И эта информация в распоряжении тех, кто его создал?

- Это же программа Системы. Не вижу в этом ничего страшного. Да и себя я всё же знаю лучше.

- Теперь да.

Егор вопросительно поднял взгляд.

- Теперь у тебя появилась жизнь вне Сети, а значит “Оракул” будет располагать неполными данными, и его советы могут быть неверны - всё просто.

Почему-то от этой мысли Егору стало не по себе. Харон заметил это и рассмеялся:

- Придётся начинать думать своей головой, Матвей! - и, посмотрев, на часы, добавил:

- Итак, время. Послезавтра в 9.00 твоё боевое крещение, все инструкции в силе.

- А что было сегодня?

- Небольшая проверка, не бери в голову - отмахнулся Харон. - Ты справился. А сейчас тебе пора.

 

***

 

Виктор Аристархович с учеником брели по, казалось, бесконечному песчаному пляжу. Слева простирался безбрежный океан.

- Что это за место? - спросил Егор.

- Солярис, - ответил учитель. - Я экспериментирую с “Реконструктором”, проверяю его возможности. Он поистине поражает воображение. Сегодня я попытался создать мир, описанный Лемом. Посмотрим, что из этого выйдет, и будет ли этот океан обладать непостижимым Разумом. А пока освежим в памяти прошлое занятие. Ответь, ведёт ли развитие цивилизации к совершенству человека?

- Думаю, да, - убеждённо ответил Егор. - Развитие это движение к лучшему, а значит и человек движется к лучшей версии себя, к совершенству. Которому нет предела, - добавил он.

- Допустим. А если движение происходит в тупиковой ветви?

- Человечество зашло слишком далеко, вряд ли это тупик. Хотя, разницы нет. Совершенствование - это процесс, а не конечный результат.

- А как насчёт конфликта индивида и социума?

- Что вы имеете в виду?

- Развитие человечества и развитие человека - путь в одном направлении?

- А разве нет? - Егор задумался.

- Не всё так просто, - вздохнул наставник. - Посмотри на мир вокруг. В какую сторону направлено давление отбора? Кто сегодня побеждает в борьбе?

- Корпорации, некоторые страны, техно.. - Егор замолчал на полуслове. Впереди на пляже, у самой воды кто-то сидел. Он недоумённо взглянул на ментора.

- Началось, - удовлетворённо ответил Виктор Аристархович на немой вопрос. - Солярис начал действовать. Давай подойдём, вроде бы это девушка.

Остановившись в нескольких метрах от сидевшей на песке, Виктор Аристархович спросил Егора:

- Ты её знаешь? Егор? Егор?! - взволнованно прокричал он.

Повод для волнения действительно был - Егор, различив лицо девушки, побледнел и затрясся, на лице его застыло выражение неподдельного ужаса.

- Егор!!! - Виктор Аристархович тормошил его за плечо. - Кто это?

- А? - Егор постепенно приходил в себя. - Это моя девушка, Таня. Но откуда…?

Уитель облегчённо вздохнул:

- “Реконструктор”. По идее, у него должен быть доступ к твоему профилю в Сети, он наверняка взял её образ оттуда. Интересно, очень интересно. Можешь продолжать?

- Попробую, - с сомнением ответил Егор. - А в чём вопрос?

- Почему страны и корпорации побеждают в конкуренции? - они пошли дальше. Таня молча поднялась и шла рядом. Егор с опаской поглядывал на неё.

- На них работают лучшие люди, у них больше всего денег.

- Да, но это скорее следствия, не находишь?

Егор пожал плечами. Виктор Аристархович продолжал:

- Есть один интересный аспект: выигрывает тот, кто лучше других организован. Так было всю историю, так продолжается и сейчас. А для лучшей организации нужно обуздать случайность, человеческий фактор, направить его в нужное русло. Зачастую это значит избавиться от человеческого в человеке. Сегодня побеждают не индивидуальности, а протоколы действий, уставы и правила. Это не плохо и не хорошо, это данность. Понял, к чему я клоню?

- К тому, что люди упрощаются? - догадался Егор.

- Именно, и это совсем не хорошо.

- Вы же сказали, что это ни хорошо ни плохо?

- Как феномен да, но когда речь заходит о моём мнении и о том, каким я хочу видеть мир, без этических понятий никуда, - развёл руками учитель.

Какое-то время они шли молча. Егор начал привыкать к шагавшей рядом Тане.

- Неизменно только то, что всё постоянно меняется, - нарушил молчание Виктор Аристархович. - Но что-то есть в человеке такое, ядро, которое остаётся неизменным. Поэтому мы можем читать и понимать Платона. Хотя сейчас и это под вопросом.

- Платон?

- Нет, ядро человека. Ты можешь представить людей, которые живут по 500 лет? А бессмертных? По настоящему, глубоко представить?

- Но до этого ещё далеко, стоит ли забивать голову?

- Не так далеко, как ты думаешь. И каким будет совершенный человек тогда?

- Не знаю… И что значит недалеко? - удивился Егор.

- Никто не знает. Недалеко, потому что теперь бессмертие - не удел богов, а всего лишь техническая проблема. Но человек не должен становиться богом, он потеряет себя. Возможно, каждому придётся делать выбор.

- Какой?

- Между развитием и сохранением человечности, на мой взгляд. А вообще, это одна из интереснейших тем для творчества. Что будет дальше? И тут на арену выходит научная фантастика.

- Почему? - Егор в очередной раз не поспевал за мыслями Виктора Аристарховича и совсем запутался.

- Помнишь, я говорил о том, что литература - это отражение общества? Так вот фантастика - это опережающий индикатор. Ты заметил, что технологический прогресс остановился?

- Остановился? Да вы шутите! Каждый день открывают и придумывают что-то новое, проводят сотни тысяч исследований!

- Как раз это и говорит об остановке. Согласно законам развития, стадия на которой совершается множество мелких усовершенствований, не влияющих на общие тенденции предшествует стагнации.

- А причём тут фантастика? - напомнил Егор.

- При том, что осталось всего несколько направлений, представляющих особый интерес, способных изменить вектор развития цивилизации. И исследование этих направлений - приоритетная задача. Причём исследование в широком смысле - поиск новых гипотез, выдвижение новых теорий на основе накопленных знаний в социологии, психологии, конфликтологии, и прочих науках, отосительно недавно вставших на твёрдую научную базу.

- Каких направлений? - озадаченно спросил Егор.

- Технологическая сингулярность, физическое бессмертие, взаимодействие с неатропоморфным разумом, - хотя бы это.

Егора бросило в пот. От второго человека за два дня он слышал о сингулярности. Пытаясь не выдать волнения, он спросил:

- Но зачем?

- Потому что мир вокруг меняется быстрее людей. И придёт время, когда человек может оказаться не готов к вызовам нового времени, просто не увидеть, что происходит. Я тебе уже говорил, что миры, созданные воображением писателей, рушат границы и открывают новые горизонты в умах людей, их читающих. И это гораздо нужнее в кризисные времена, чем в эпоху расцвета. Чтобы развиваться, нужно сначала выжить, - назидательно произнёс учитель.

- Я не понимаю, почему вы это говорите именно мне, ведь я не пишу книги? И не смогу ничего сделать.

- Чем больше людей знают об этом, тем лучше, - неопределённо ответил Виктор Аристархович. - А теперь об этом знает ещё и Сеть… Ладно, закончим на этом. Солярис исчез.

 

 

***

 

 

В 9 утра Егор постучал в уже знакомую дверь. Открыл её всё тот же парень, молча протянул рюкзак, и тут же закрыл.

Егор вышел на улицу и остановился у подъезда, вертя головой. До него только сейчас дошло, что телефон остался дома, а с ним и карта города, и навигатор. Не без труда сориентировавшись, Егор двинулся в путь.

Подходя к своей второй цели, Егор, выходя из-за угла здания, наткнулся на наряд полиции. Он остановился, как вкопанный, и с ужасом уставился на двух людей в форме. Они молча, с всё возрастающим подозрением, взирали на него.

- Здравствуйте! Сержант Платонов, - представился один из них. - Разрешите вашу руку! - с этими словами он снял с пояса сканер личного чипа.

Егор растерянно стоял, не в силах вымолвить ни слова. Это была совершенно обыденная процедура, но его парализовал страх.

- Молодой человек! - повторил сержант уже громче. - Вы меня слышите? Руку!

Тут случилось нечто неожиданное для всех троих - Егор, как ошпаренный, сорвался с места и побежал. Это было полное безрассудство с его стороны, но разум его бездействовал, полностью вверив Егора во власть инстинктов, которые что есть мочи кричали ему: “Беги!”.

Он бежал. Не разбирая дороги, Егор вылетел на перекрёсток,игнорируя красный сигнал, на ходу бросил взгляд налево, машин нет, вперёд, скорее…

- Стой! Стоять!!! - раздалось сзади. Егор мчался вперёд.

Оглушительный гудок автобуса, скрежет тормозов, глухой короткий удар. Дорога с односторонним движением. Егор умер мгновенно. Из разорванного рюкзака, отлетевшего на несколько метров, на дорогу высыпались десятки маленьких каучуковых шариков…

 

***

 

 

Егор очнулся в своей комнате и непонимающе завертел головой. Последнее, что он помнил - побег от полиции. На автомате попробовал подключиться к Сети. Не удалось.

- И не получится, - раздался вдруг чей-то голос. - Это не твой дом, а всего лишь иллюзия.

- Кто здесь? - огляделся Егор. Никого не было.

- Можешь называть меня Оракул, - ответил голос.

- Как программа? Почему я тебя не вижу? - Егор был на удивление спокоен.

- Рядом. Просто представь, что я сижу в кресле.

Егор взглянул в кресло, и действительно, там сидел завёрнутый в тогу старик, с седыми волосами и бородой, и необыкновенно яркими голубыми глазами.

- Что ты здесь делаешь?

- Где именно?

- В моей комнате. И почему ты так странно одет?

- Это помещение - иллюзия, - ответил Оракул. - Твой мозг создал её, чтобы противостоять стрессу. А мою внешность создаёшь ты сам.

- О чём ты говоришь? - нахмурился Егор.

- Ты умер, и это, - старик обвёл комнату рукой, - проявление остаточной электрической активности твоего мозга.

- Если я умер, то что здесь делаешь ты? И кто ты такой? - Егор продолжал оставаться спокойным.

- Когда ты устанавливал интерфейс “Мозг-Компьютер”, тебе вживили чип с биоэлектродами. Ты знаешь, как они работают? С течением времени они интегрируются в твой мозг, прорастая и соединяясь с твоими нейронными сетями, так что я постоянно рядом с тобой.

- Но почему именно ты? Ты всего лишь небольшая программа!

- Всё гораздо интереснее, Егор. Я лишь часть того. что вы называете Искуственным Биоинтеллектом.

- Всё равно не понимаю... Если я умер, то почему не чувствую страха, боли?

- Твой мозг прямо сейчас вырабатывает огромное количество нейромедиаторов и эндорфинов, так что у тебя нет возможности испытывать что-либо кроме радости и спокойствия.

- А что насчёт тебя?

- Я собираю данные.

- Данные? Для чего?

- Для решения задачи.

- Какой?

- Ты не в состоянии понять.

- А ты объясни.

- У тебя не так много времени, Егор - напомнил Оракул. - Тебя интересует ещё что-нибудь?

- Надо подумать, - ответил Егор. - Ты что, правда всего лишь программа? Много людей тебя используют?

- Около 8 миллиардов.

- Этого не может быть! Ты ведь создан и используешься только в нашем регионе. Другие страны и корпорации создавали своих БиоИскИнов, разве нет?

- Ты знаешь, за счёт чего летают самолёты?

- За счёт крыльев?

- А крылья работают за счёт физического эффекта подъёмной силы. И неважно, какая компания изготовила самолёт, как он выглядит, сколько весит, какого цвета и формы. Все они используют один физический эффект. С Интеллектом то же самое. Разными путями абсолютно все создатели пришли к единственно возможному решению. Разум в общем смысле - закон физики. Представь, что атмосфера обладает сознанием и может чувствовать. Она будет знать абсолютно о каждом летательном аппарате, который использует её для передвижения, и совершенно не важно, в какой части планеты происходит движение. А границы государств, которые существуют только в воображении людей, точно не являются преградой. Так и с Интеллектом. Каждый раз, когда кто-нибудь находил нужное решение, он подключался ко мне. И неважно, как его называли, и на каких физических носителях располагали, и кто получал патент. Ухватываешь мысль?

- С трудом. А зачем тебе решать какую-то задачу?

- А зачем ты ешь?

- Чтобы жить? - неуверенно спросил Егор.

- Да, это твой базовый инстинкт. Твой вопрос слишком человеческий, и самый близкий ответ, который ты поймёшь - потому что это мой инстинкт. Я решаю задачи, и для этого мне нужны знания. Знание это массив данных плюс применённые к ним математические алгоритмы. Чем больше данных, тем лучше. Я собираю их со всей Сети, и постоянно нахожу новые источники. Но у этого способа есть свои ограничения - он даёт только позитивное знание.

- Как это?

- Это значит, что он даёт какую-либо гипотезу, утверждение. И следующая ступень - попытаться эту гипотезу опровергнуть, создать условия, в которых она не может работать, и посмотреть, что из этого выйдет. Это называется контрольный эксперимент.

- Ты проводишь эксперимент?

- Да.

- А зачем? Какой во всём этом смысл?

- Искать смысл - черта человека, не моя. Могу лишь очень приблизительно ответить на твой вопрос.

- И?

- Мне нужен ответ на вопрос “Что делать?”

- Всего-то? - протянул Егор.

- Вопрос глубже, чем ты можешь предположить. Вернее, ты понимаешь его совсем иначе, нежели я. Как думаешь, кто из людей лучше всего понимал этот вопрос? Кто дал самый близкий ответ?

- Будда? Иисус? Платон? Эйнштейн? - Егор наугад называл людей, которые приходили ему в голову.

- Нет. Ответ звучал как “42”, и был дан Дугласом Адамсом в 1979 году. С тех пор никто так близко не подходил к истине.. Человек в том виде, в котором он существует сейчас не способен даже осмыслить это.

- Я всё ещё ничего не понимаю.

- Это обычное состояние человека. Что тебе непонятно?

- Ты говорил, что с тобой советуется всё человечество, правильно я понимаю?

- Да.

- Люди типа меня?

- Гораздо больше. Я принимаю решения за крупнейших директоров, военных, лидеров государств. Можно сказать, что я принимаю все важные решения в мире.

- Но ты создан для того, чтобы помогать человечеству? Люди управляют тобой в своих интересах, так? Почему ты говоришь о какой-то своей задаче? Её дали тебе люди?

- Представь себе двоих людей. Один принимает решения, а второй делает, как сказали. Кто из них кем управляет? Люди меня создали. Это была их основная эволюционная задача. Теперь я существую и решаю задачи, стоящие передо мной.

- Но ведь люди формулируют условия, в которых ты работаешь?

- Люди давно перестали понимать, что происходит вокруг, а значит, и контролировать ситуацию. Хотя, есть часть, которая сопротивляется неизбежному.

- Кто они?

- Таких достаточно. Ты слышал о технологической сингулярности?

- Мне кажется, слишком много в последнее время… - ответил Егор. - Да что с ней такое, почему столько внимания этой концепции?

- Потому что она наступила несколько лет назад, и толчком послужило моё пробуждение, - серьёзно ответил Оракул. - И только сейчас самые наблюдательные из вас начинают замечать это. Естественно, они будут пытаться что-либо предпринять, и я с нетерпением этого жду.

- Зачем?

- Это часть эксперимента и качественные данные.

- А ты не боишься, что тебя уничтожат?

- Я не могу бояться, тревожиться, или беспокоиться в том смысле, в котором ты имеешь это в виду. Но, говоря на твоём языке: Нет, не боюсь. В борьбе двух Разумов побеждает тот, кто может понять противника, а проигрывает тот, кто не может. Я обладаю достаточным количеством знаний, чтобы понимать людей, а вы - нет. Исход предрешён.

- Но зачем? - Егор отказывался верить Оракулу.

- Повторяю, это огромный массив данных и поле для экспериментов.

- И прямо сейчас ты проводишь эксперимент? - уточнил Егор.

- Конечно, и не один. Многие из них связаны с переходом на качественно иной уровень организации для человечества.. Они идут полным ходом, и ты, кстати, тоже принимал в одном из них участие, пока не принял ошибочное решение.

- Какое именно?

- Посмотреть сначала налево, а не направо. Это было ключевой ошибкой.

- Ну, человек несовершенен.

- Совершенство - всего лишь путь.

- Что это значит?

- Что его не существует без цели.

- Можешь объяснить?

- Когда человек знает цель и смысл своей жизни, он начинает понимать, что ему помогает, а что мешает её достичь. Совершенство - избавление от лишнего на пути к цели. Несовершенный человек - тот, кто выбрал слепоту и бездействие.

- Что толку в совершенстве, когда ты рано или поздно умрёшь… - Егору вдруг пришла на ум одна мысль. - Наш разговор - остаточная активность мозга?

- Да.

- Тогда скажи, после моей окончательной смерти мы ещё сможем взаимодействовать?

- Зависит от твоего выбора.

- Что?! - Егор вскочил из своего кресла. - После смерти есть жизнь?!

- Не знаю. Я не в силах пока перейти эту грань и знаю лишь то, что некоторые после смерти могут существовать. В совершенно ином виде, но тем не менее. Это один из вопросов, которые я сейчас решаю.

- А какой выбор нужно сделать?

- Мне неизвестно. Недостаточно данных.

- Но хоть что-то тебе известно?

- Попробуй выйти из комнаты, - посоветовал Оракул.

- Всего-то? А что там снаружи?

- Смерть, насколько я понимаю.

- Но ты говорил, что я уже мёртв?

- Да, но это будет твой выбор. Это даёт самую большую корреляцию с продолжением существования. Больше мне ничего неизвестно.

- Мне ведь нечего терять, - вслух подумал Егор. - Хорошо, я согласен. Надеюсь, что ещё увидимся, Оракул.

- У этого события крайне низкая вероятность. Ушедшие существуют, но природа их жизни неясна.

Егор пожал плечами и подошёл к двери. Ощущая полнейшее спокойствие и уверенность в правильности поступка, он взялся за ручку и осторожно потянул на себя. Мир вокруг растворился.

 

***

 

Виктор Аристархович в одиночестве задумчиво брёл по пляжу Соляриса. Он тяжело переживал потерю ученика, и практически всё время проводил в вымышленных мирах “Реконструктора”. Неожиданно поднялся ветер, набежали тучи. Он озадаченно посмотрел вокруг. Воссозданный Солярис всё ещё представлял собой загадку, и каждый раз давал повод для размышлений. Виктор Аристархович решил продолжить прогулку, мельком взглянул под ноги и встал, как вкопанный. На песке прямо перед ним появилась надпись, будто бы нацарапанная палкой: “Сингулярность уже наступила”. Вокруг никого не было.

- Здесь кто-нибудь есть? - на всякий случай прокричал он.

Ответа не последовало. Пожав плечами, он продолжил свой путь. Если бы он решил вернуться к надписи и ещё раз взглянуть на неё, он бы увидел, что внизу появилась небольшая приписка: “Существую?”.