МилаЛика Мэй

Надежда человечества

2100 год нашей эры

Последние лучи уходящего солнца бережно укрывают Новую Землю. Электрокары бесшумно передвигаются по пустым улицам. Небоскрёбы столицы заполнены людьми. Сегодня начинается рассвет новой эры. Всем известно, что грядёт нечто невообразимое. Крупнейшие учёные мира собрались в главном здании для того, чтобы представить правительствам стран первого «Димидия».

Большой светлый зал приветствует собравшихся яркими прожекторами и массой воодушевлённых возгласов. С одной стороны расположены полукругом ряды скамеек для зрителей. Их тысячи…нет – миллионы. Прямая трансляция ведётся по всему миру. С другой стороны, на прочных подобиях железных тронов восседают главные члены «жюри». Именно для них предназначена вся эта пафосная феерия гула вокруг. В центре зала, с невозмутимым видом, стоят несколько учёных в белых халатах и очках. Рядом с ними располагается кушетка с чем-то, прикрытым белой тканью. Зрители выжидающе смотрят на субъект. Средства массовой информации со всех ракурсов стремятся запечатлеть исторический момент. Вдруг председатель собрания встаёт и вскидывает руки. Гул голосов тут же стихает. Зал наполняют тревожные перешёптывания. Председатель жестом даёт добро на действия учёных.

Люди в белых халатах без спешки обходят кушетку и, кивнув друг другу, разом сбрасывают ткань с субъекта. Фотографы бросаются ближе, и повсюду возникают слепящие вспышки камер. Зрители дружно охают. Члены правительства неподвижно наблюдают за происходящим.

На кушетке лежит, казалось бы, обычный мужчина-европеец. НО…вместо правой стороны тела у него металлические вставки и механические части. Мужчина будто поделен ровно пополам. Его глаза закрыты. Но как только ткань сорвана, он их резко открывает. Один глаз карий, а другой – ярко-жёлтый. Будто вместо зрачка вставили золотой самородок. Половина лица, как и остальные части тела, представляет собой металлические пластины тёмно-серого цвета.

Как только он открывает глаза, учёные предлагают ему встать. Мужчина послушно исполняет просьбу. Он осторожно садится, а затем встаёт. Механическая нога и рука приходят в движение. Видно, как внутри них начинает пульсировать топливо, и двигаются шестерёнки. Жёлтая жидкость течёт по серым «венам» механического тела. Глаз становится ещё ярче. Он внимательно осматривает всех собравшихся. Их лица выражают крайнее удивление и восхищение.

- Внимание! Спасибо, что пришли. Мы хотели представить вам этого человека, «Димидия» нового времени. Он первый, кто пережил операцию. И, надеемся, не последний. В результате химического ожога на предприятии ровно половина его тела была повреждена. С подобными травмами люди долго не живут.

- Продемонстрируйте его возможности, - попросил председатель собрания.

Учёный что-то шепчет на ухо мужчине и тот переводит суровый, тяжёлый взгляд единственного уцелевшего глаза на господ. Его ладонь сжимается в стальной кулак. Он выкидывает механическую руку вперёд. Кулак медленно разжимается и в глубине ладони образуется ярко-жёлтое свечение. Оно всё нарастает и нарастает до тех пор, пока не озаряет зал лучами, весьма схожими с дневным светилом. Члены собрания дружно охают, однако на этом представление не заканчивается. Мужчина устремляет свой взгляд куда-то ниже трибун для господ и из его дрожащей механической конечности вырывается концентрированный сгусток энергии. Зрители восхищённо наблюдают, фотографы не упускают возможности запечатлеть удивительный момент. Пару секунд спустя мужчина устало опускает руку и смотрит на обугленную дыру в стальной мишени, которую учёные заботливо поместили на самое видное место для демонстрации способностей своего подопечного.

- Так вас устроит? – спросил мужчина, и едва заметная ухмылка пробежала по остаткам его губ.

Члены собрания, репортёры и зрители с гордостью аплодируют учёным и первому киборгу, которого удалось усовершенствовать, благодаря современной науке.

2200 год нашей эры

Въедливый серый смог погружает столицу в пучину беспроглядной тьмы. Люди в блестящих облегающих костюмах, наподобие скафандров, раз в несколько секунд проверяют «наручную почту», экраны своих смартфонов, встроенных в рукава одежды. Они бегут на испещрённые вагонами ленты наземного метрополитена, даже не глядя под ноги, ибо каждый шаг выверен до доли секунды. Им надо спешить, ведь прогресс не ждёт. И вагоны несутся по новейшим рельсам, петляя между офисными зданиями из сплавов, о которых многие просто не имеют представления. Над вагонами непрекращающейся вереницей ярких точек летают электрокары. Им уже нет места на изъеденной рельсами земле.

Под землёй также кипит жизнь. Тысячи раз перекопанные тоннели метро впускают всё новых пассажиров. Поезда прибывают к точке назначения за каких-то десять секунд. Сверхзвуковая скорость вышла из разряда «невероятно, но факт».

И в самом сердце этого стального мегаполиса сейчас происходит нечто невероятное для нового мира. Внутри исследовательского центра кибернетики и робототехники представляют новую модель помощника человека.

Инженеры приглушают свет, чтобы показать главам стран нечто из ряда вон выходящее. Группа авторитетных лиц толпится вокруг стеклянного куба. От него исходит неяркое голубое свечение. Оно обволакивает лица присутствующих, создавая приятную атмосферу. Внутри куба парит в невесомости новейшая модель робота. Его блестящий отполированный корпус притягивает все взгляды. Тонкие металлические конечности висят, словно плети, давая понять, что он находится в спящем режиме. Железные веки также свидетельствуют об этом.

- Доминарии, мы собрались здесь, чтобы запечатлеть в истории великий день! Позвольте представить вам первого в мире «Мотусбота»! Вы уже привыкли к тому, что роботы выполняют домашнюю работу, играют с вашими детьми и не возражают, если вы скажете им прыгнуть с крыши. Но теперь настало время очеловечить искусственный интеллект! Нам удалось добавить в эту груду металла частичку души. И у нас появился первый робот с эмоциями! Сейчас мы его разбудим, - торжественно провозгласил один из работников центра.

Собравшиеся восхищённо начали хлопать в ладоши, словно малые дети, которым подарили новую игрушку. Их лица вплотную приблизились к стеклу, чтобы лучше разглядеть процесс.

Голубое свечение куба медленно сменяется на фиолетовое. Внутри становится видно мельчайшие искорки, которые окружают тело робота. «Мотусбот» резко открывает глаза и произвольно двигает пальцами на руках. Его неживые голубые зрачки устремляются на толпу, прижатую к стеклянной поверхности, разделяющей два разных мира. Отверстие, похожее на рот, начинает искривляться, образуя подобие человеческой доброй улыбки. Острый нос робота будто начинает принюхиваться, шумно вдыхая воздух. Зрители оживлённо шепчутся, попутно делая множество снимков «Мотусбота» на свои «наручные гаджеты».

- Какая нам польза от банки с эмоциями? – раздаётся резонный вопрос откуда-то из толпы.

Робот слышит нелесное замечание о себе, и улыбка его становится только шире. В глазах помимо прочего, появляется огонёк азарта, словно у человека. Он бережно прилизывает рукой свою густую шевелюру из искусственных материалов и бросает непринуждённый взгляд в центр толпы.

- Добро пожаловать в наш дом, уважаемые доминарии! Меня зовут Палби. Я буду крайне признателен, если вы не станете больше унижать моё достоинство. Да, я робот. Но в тоже время мне неприятно слышать подобные речи. Буду рад услуживать вам и вашим дорогим деткам, если только не станете меня обижать. В противном случае мне придётся навсегда отключиться и оставить вас. Было приятно познакомиться, - дружелюбно говорит робот.

Толпа удивлённо переглядывается, а после снова осыпает создателей сия чуда аплодисментами и комплиментами. Палби с улыбкой прикрывает глаза и снова погружается в спящий режим. Главы стран подходят к исследователям, чтобы подписать необходимые бумаги для дальнейшего сотрудничества.

2300 год нашей эры

Столица встречает туристов смрадом и мглой. Миллиметров зелёной травы становится всё меньше. Железной хваткой прогресс держит мегаполисы, не давая и шанса вздохнуть. Каждый день приносит тучи новостей о самом главном. Вчера произошло очередное обрушение подземного тоннеля. Погибли гражданские и работники станций. Сегодня от общей интоксикации погибло ещё несколько тысяч человек. Каждый день сулит только беспросветную тьму и горе для человечества.

И вдруг первые страницы электронных таблоидов зажигают в сердцах людей хрупкую надежду. «СЕНСАЦИЯ: УЧЁНЫЕ ИЗОБРЕЛИ ЛЕКАРСТВО ОТ ВСЕХ БОЛЕЗНЕЙ», «ПАНАЦЕЯ ИЛИ ЖЕСТОКАЯ ШУТКА СУДЬБЫ?», «КТО ОН – ЧЕЛОВЕК БЕЗ СЛАБОСТЕЙ?». Горожане охотно скупают подписки на издания, где всё ещё остаётся живая редакция вместо искусственного интеллекта.

В это самое время башня «Новус стадиум» наполнена людьми. Влиятельные горожане, члены советов всех стран мира прибыли сюда за возможностью увидеть светлое будущее. Зрители скучиваются вокруг стального купола. Они заворожено смотрят внутрь, будто ничего красивее в жизни не видели.

Там, за прозрачной дверью, на сверкающем круглом стуле сидит молодой мужчина. Он изучает аудиторию по ту сторону купола. И его взгляд вдруг тускнеет. Печальные глаза мужчины останавливаются на одном из стариков-учёных. Тот понимает, что нужно начинать.

- Земляне! Все вы прибыли из разных уголков нашей планеты. Но цель у вас была одна – увидеть надежду человечества. Сотни лет технического прогресса не прошли для нас даром. Слишком много жертв каждый день, и никакое лечение не помогает. Все мы прекрасно об этом знаем. Но вот он, сверхчеловек, «Эксимифор»! Мы ввели смертельно больному мужчине специальный препарат и поместили сюда, в герметичную среду для исследований. После ряда опытов нам удалось найти то, чего так жаждут люди – спасения от ранней гибели! Покажи им, на что ты способен, человек будущего, - просит учёный мужчину.

«Эксимифор» резво встаёт со стула и демонстрирует изумлённым зрителям свою прекрасную физическую форму. Рядом с ним появляется голограмма прежнего вида мужчины. И лица присутствующих выражают ещё более явное восхищение. Вместо хилого синего юноши с впалыми скулами и тусклыми серыми глазами перед ними стоит мускулистый мужчина, пышущий жизнью. Его серые глаза горят ярче, чем у кого-либо из зрителей. Лысая голограмма умирающего натянуто улыбается и нехотя машет рукой. Рядом стоит совершенно здоровый красавец-мужчина с шикарными тёмными волосами. На его щеках играет лёгкий румянец, а кожа привлекает своим живым оттенком.

- Позвольте! Значит ли это, что все мы сможем выжить? – раздаётся голос журналиста из толпы.

- К сожалению нет. Лекарство поможет лишь тем, у кого будет с ним максимальная совместимость. А этого добиться слишком сложно. Однако, мы можем быть уверены в том, что такие люди, как он, со временем населят планету, и проживут ещё долгие годы! Именно поэтому я с гордостью заявляю, что для человечества есть надежда, - отвечает учёный.

Зрители разочарованно вздыхают, но продолжают смотреть на новое чудо науки. Снимки «Эксимифора» быстро разлетаются по электронным гаджетам населения планеты. У людей появляется шанс начать жизнь заново. Но далеко не у всех.

2500 год нашей эры

Руины мегаполиса прошлого сверкают в лучах закатного солнца. Некогда шумные городские улицы наполнены обломками высотных зданий. Воздух чист, по небу медленно плывут белые кучевые облака. Птицы скачут от балки к балке и щебечут о чём-то своём. Зелёные ростки новой жизни пробиваются сквозь тёмный асфальт. Деревья захватили власть над городом «будущего». И только одно здание всё ещё пытается не упасть – технологический центр «Церебрум». Он высится над осколками прошлого, словно заботливая мать над своим чадом, пытаясь собрать то немногое, что осталось за годы существования.

Высотки сгинули вместе с их обитателями. Полуразвалившийся центр так и манит зайти и взглянуть на открытия десятков поколений людей. В остатках центральной лаборатории ещё светло. Лучи солнца пробиваются сквозь дыры в металле и ложатся на неисчислимое количество колбочек, склянок и старой техники. Прежние хозяева даже не подумали забрать всё это с собой. Посреди всей этой ностальгии сидит подросток. Его некогда блестящий костюм порван, белые ботинки все в чёрных разводах, а кудрявые светлые волосы спутаны, словно пакля. Паренёк поджимает ноги к животу и устало кладёт голову на колени. Обнимая грязными руками лодыжки, он начинает едва слышно плакать.

И в этот момент из соседней лаборатории доносится хруст разбитого стекла. Кто-то или что-то осторожно наступает на осколки, подходя всё ближе к подростку. Он поднимает заплаканное лицо, рукавом вытирает слёзы и с ужасом смотрит на дверной проём. Из него показывается ещё один мальчик. Он также одет в полуистлевший костюм. И тут блондин замечает, что мальчик – наполовину киборг. Его тёмные волосы прикрывают металлические пластины на правой стороне лица. Один глаз у него голубой, а другой – жёлтый. Худенький парень тянется тяжёлой механической рукой к блондину, но тот в испуге кидается назад. Тогда брюнет оставляет свою попытку поздороваться и просто садится напротив парня, приветливо улыбаясь уцелевшей половиной губ.

- Хай! Меня зовут Сайби. И я «Димидий». Рад был найти здесь хотя бы одну живую душу, - представляется парень.

- П-привет. Значит, ты киборг? Вы ведь вроде давно вымерли, - удивлённо спрашивает блондин.

- Нас осталось мало, но мы всё ещё живы. Как видишь, уничтожили не всех, - отвечает киборг с печальной усмешкой.

- Уничтожили? – тихо переспрашивает парень.

В этот момент из соседнего проёма выходит небольшой робот с огненно-рыжим эрокезом вместо причёски. Его механические конечности сильно скрипят, но он всё ещё уверенно идёт к ребятам. Они настороженно осматривают незнакомца. А он добродушно улыбается им в ответ.

- О, как я рад, что здесь кто-то есть! Меня зовут Парс. Я «Мотусбот», как вы уже могли заметить, - представляется юный робот.

- Ровно минуту назад я назвал своё имя. Жаль, ты не успел услышать. Я Сайби, «Димидий», - отвечает киборг и пожимает руку робота.

- Твоя очередь! – они дружно переводят взгляд на блондина.

- Хорошо. Моё имя – Оптис. Я «Эксимифор», хотя не такой сильный, как другие. Что вы здесь делаете? – спрашивает парень новых знакомых.

- Мне больше некуда идти. Помните, в читалках по истории было написано о нас, «Димидиях»? – начинает киборг.

- Да, было такое, - соглашается блондин.

- Так вот. Вскоре после нашего создания некоторые представители киборгов стали выходить из-под контроля. Они начали разрушать всё вокруг и убивать ради собственных целей. После этого правительства стали вести на нас охоту. Уничтожали безжалостно, чтобы и следа не осталось. Они думали, что справились. Но некоторые всё-таки остались в живых. В том числе я. Недавно наше логово обнаружили и атаковали. Мне пришлось бежать. И вот я здесь, в единственном уцелевшем здании этого мёртвого города. Что насчёт вас, ребята? – уверенно рассказал парень, не без труда вспоминая недавние трагические события. Оптис и Парс заметно напряглись и сочувственно посмотрели на киборга.

- Пожалуй, моя очередь. «Мотусботы» долго жили с людьми и стали частью их быта. Мои предки выполняли любые приказы хозяев, за исключением тех, что противоречили их личным эмоциональным программам. В итоге многие люди решили выбросить их или продать. Без дома, надлежащего ухода и средств, роботы ржавели, а затем отправлялись на переработку. Меня ждала та же участь, когда семья, в которой я жил, решила избавиться от надоевшей игрушки. Но мне хотелось жить! И я пошёл искать новую семью. Но на пути меня часто били, пытались разобрать. Поэтому мне пришлось прийти сюда. Здесь точно нет тех, кто причинит мне боль, - закончил свой рассказ робот.

- Мой вид появился гораздо позже вашего. «Эксимифоры» стали частью человечества. Рождались новые люди, сильные, здоровые. В одной из таких семей появился и я. Родители меня очень любили. Но нас невзлюбили другие люди. Человечество считало, что слабые обязательно вымрут, и останутся только «Эксимифоры». Но вышло совсем не так. Слабые начали покидать большие города и продолжительность их жизни заметно повысилась. Тогда мегаполисы пришли в упадок, а наш род стал изгоями. Слабые нам завидовали, потому что мы были гораздо сильнее и красивее. Если они могли родить одного ребёнка, то наш род мог создать нескольких детей. Поэтому слабые начали искать у нас недостатки и незаметно истреблять «Эксимифоров». В моей школе тоже было заметно влияние слабых. Подобных мне там было немного – около десяти человек. Законом было запрещено убивать нас, но недобрые люди готовы были преступить черту. И они это сделали. Недавно меня избили в школе, ведь я не такой уж и сильный по сравнению с другими. После этого я побежал домой, а там…Моих родителей не было. На столе лежала записка. В ней было сказано, что они пойдут на эксперименты. Ведь слабым хочется стать такими, как мы. А раз лекарство не действует на всех, то, как они думают, наша кровь сможет подействовать. Глупость. Какая же глупость, - заканчивает блондин и на его глазах выступают слёзы.

Трое одиноких подростков сидят в опустевшей лаборатории, и каждый из них плачет о своём. Когда всхлипы заканчиваются, они берут себя в руки.

- Что будем делать? Видимо, теперь мы друзья. У каждого своя история, но цель одна – выжить, - говорит Оптис.

- А что мы можем? Давайте останемся здесь. Тут нет властей, нет опасных личностей и животных. Нам нечего больше бояться, - предлагает Сайби.

- Согласен. Ради этого я сюда и зашёл. Будем жить, помогать друг другу, - кивает Парс.

- Ребята! Вы себя слышите?! Как вы собираетесь здесь жить? Ни еды, ни воды, ни смазки для железяк Парса. Надо искать других выживших наших видов. Так мы сможем обрести новый дом и, возможно, кому-то помочь, - выдвигает свою идею Оптис.

- Нет, ты не прав. За руинами полно опасностей. Вряд ли мы останемся живы, если покинем укрытие. Мне ли не знать, - с грустью в голосе возражает Сайби.

- Вы что, хотите и дальше пылится на свалке истории? Когда вы рассказали мне свои истории, я вдруг понял, что не собираюсь больше прятаться. Разве правильно то, как с нами обращались на протяжении стольких лет? Мы должны встать на защиту оставшихся видов! Это наш долг перед цивилизацией! – вскочил на ноги и гордо ударил кулаком в грудь Оптис.

Сайби и Парс удивлённо на него уставились, но скоро тоже поднялись на ноги. Парни посмотрели друг на друга очень серьёзно, будто продумывали план мирового масштаба.

- Ты прав. Без нас им всем грозит смерть. Если можешь помочь – помоги. Так всегда говорили мои родители, - внезапно уверенным голосом говорит Сайби.

- Мне на свалку ещё рано. Порой надо отбросить страх и пойти вперёд. Будущее ждёт нас. Мы теперь друзья, а дружба – это навсегда. Поэтому я в деле, - соглашается Парс.

- Мы сможем! – в унисон кричат парни, встают кругом, и делают командный жест, решительно положив руку на руку другого.

Три обделённых вида, три забытых ребёнка на руинах старого мира. Это всё, что оставила цивилизация прошлого для новых поколений. Но они не сдаются. В юных сердцах всё ещё теплится надежда на тот самый, идеальный мир, который так стремились построить их далёкие предки.