Имя автора будет опубликовано после подведения итогов конкурса.

За полчаса до Нового года


«Хорошо повеселились
Мы на елке нашей
У Снегурочки теперь
Писька простоквашей».

Прочитав четверостишье, Света насупилась. Кто бы мог написать такую гадость? Завистниц у нее не было. Среди членов экипажа межпланетного корабля - контейнеровоза только она относилась к представительницам слабого пола.

Она покрутила листок. Рассмотрев его со всех сторон, ничего подозрительного не нашла. Строчки, написанные корявым почерком, выглядели неровными и кривыми и скорее походили на китайские иероглифы, чем на кириллицу. Казалось, это написал ребенок или нерадивый китаец, но никак не взрослый грамотный человек. Света не могла припомнить, кто из членов экипажа отличался такой отвратительной каллиграфией.

Пять минут назад белый лист уже лежал на столике в ее каюте, и она не сразу обнаружила послание, когда вошла. Переполненная чувствами, предвкушая радость предстоящих праздничных событий, Света с первой минуты бросилась примерять нарядный костюм Снегурочки. Крутилась около зеркала юлой, разглядывала себя со всех сторон, не подозревая, что на столе ждет поэтическое огорчение. Сейчас же больше не хотелось быть внучкой Деда Мороза, раз кто-то из друзей сочинил для нее такой похабный стишок. Все выглядело оскорбительной насмешкой. Она сорвала с головы золотистую корону, сняла и отшвырнула расшитую бисером и снежинками шубку.

Куда-то идти совсем не хотелось.

До Нового Года оставалось еще два часа, и Света решила показать шутливый стишок капитану корабля. Снова надела свой комбинезон второго штурмана, положила на стол рацию, путаясь в ногах, подошла к заправленной кровати. Легла. Лежа на спине, на ощупь отыскала застежку на вороте. Облегчила дыхание. Прищурив глаза, начала обдумывать, стоит ли вообще кому-либо жаловаться. Подогревая бурлящие мысли, на ее гладко выбритой голове отразился овал потолочного светильника. Потная макушка бликовала. Света решила для начала посоветоваться с Аристархом. Знала его лучше всех. Первый штурман, наверняка, понял бы вспыхнувшее негодование, ведь ему предстояло сыграть роль Деда Мороза на новогодней вечеринке. Пока Света не собиралась вставать, лежа обдумывала дальнейшие действия и вздрогнула, когда, неожиданно, услышала подозрительный шорох за вспотевшей макушкой. Приподнявшись, оглянулась и чуть не свалилась на пол.

За столиком посредине каюты сидел, подобно человеку, большой краснозадый бабуин. Он довольно урчал, почесывал, свисающие булки ягодиц и что-то писал на листе бумаги. Почувствовав человека, примат бросил в сторону Светланы взгляд острее ружейного штыка. Пронзительно взвизгнув, вприпрыжку выбежал из каюты.

- Черт бы тебя побрал…. Откуда ты здесь взялся? – Непроизвольно выкрикнула Света. Она знала, что на их межпланетном корабле нет ни одного животного. «Может чей-то тайно пронесенный питомец или того хуже контрабанда?». С тревожными мыслями вскочила и подбежала к столу. Увидела новый лист с коряво написанным текстом.

«Так вот, значит, кто сочиняет для меня стихи!». В полном смятении, вдыхая стойкий запах зоопарка, с трудом прочитала следующее.


«У Светочки забот сегодня больше.
Морщины под глазами как убрать.
Вот бедра, почему то стали толще.
Скафандр все труднее надевать».

 

- Какой мерзавец! Это кто же его так научил сочинять? – Не выдержав, в безудержном гневе, произнесла она вслух.

Залпом негодования потряслась каюта. Мякоть на животе несколько раз колыхнулась….

Свете было далеко за тридцать и тонкий намек, просто взбесил. Однако тут ее ждал еще один маленький сюрприз. Бабуин оставил после себя не только стихи. На полу около ножки стола лежала рыжевато-бурая свернутая спиралью плюшка. Света ткнула ее носком ботинка, позабыв поговорку «Не буди лихо пока оно тихо». Размазала.

- Вот хрен моржовый! Не только нагадил в душу, так еще и насрал, там где сидел!!!

В три горла выкрикнула она в сердцах.

И как только сиреневый рот закрылся, в дверь постучали. Света удивилась, почему не воспользовались кнопкой вызова. Уж не бабуин ли вернулся? Напугано схватила с полки кобуру с плазменным пистолетом. На всякий случай вооружилась. Сдерживая дыхание от возникшей страшной вони, на цыпочках подкралась к двери и прислушалась. Доносилась космическая тишина. Света осторожно приоткрыла дверь. Выглянула.

В метре от порога стоял голый, как ее голова, мальчик лет восьми - десяти. Она обомлела. Но не от обнаженного вида ребенка, а от цвета его тела и количества рук на нем. Мальчишка был полностью зеленым, как саргассовая лягушка планеты Нафлок и имел тонкие, походившие на ветки руки количеством не меньше, чем у противной мухоловки. На животе вместо пупка, круглым сучком, чернел выпирающий зрачок третьего задумчивого глаза. Правда, с веками без ресниц.

- Почему напильник без ручки? – Плаксиво спросил мальчик, подмигнув пузатым глазом. - Я исцарапал все руки!

Как бы в доказательство сказанному протянул несколько окровавленных ладоней.

Света стояла ни живая, ни мертвая - не знала, что ответить. Выпитый в обед искусственный кефир громко забурчал.

«Мать честная, кто это,… какой напильник? На обед белены, вроде бы не подавали» - жестким диском, крутнулось в голове. Тем временем, мальчишка без спроса протопал в каюту, и вольготно разместился на кровати, свесив босые ноги. Несмотря на запах уборной, глубоко вздохнул.

-Та-а-а-к…. - Протянула многозначительно Света. - Подожди немного, сейчас я принесу тебе новый напильник.

Медленно, не отрывая глаз от малолетнего наглеца, попятилась к выходу. Оказавшись в коридоре, нажала аварийную кнопку замка и резко захлопнула дверь. Теперь без набора кода открыть ее стало невозможно.

- Попался!

Света собиралась сообщить капитану обо всем случившемся. Похлопав по грудному карману и пухлым бедрам, вспомнила про рацию оставшуюся лежать на столе. Недолго думая, направилась в сторону каюты командира корабля.

Из полумрака длинного коридора навстречу ей широко шагал человек в красном. Высокий, грузный. Лишь спустя десятки секунд она узнала в нем шагающего торопливо Аристарха в костюме Деда Мороза.

- Прекрасно! Новый год на носу, надо репетировать, а ты все еще не одета. – Подходя, возмутился первый штурман. – И в чем же дело?

- Даже не знаю, что сказать. Я поймала зеленого многорукого мальчика, а до этого спугнула хитрую обезьяну.

Про стихи решила смолчать.

- Что ты сегодня пила? – Строго спросил Аристарх.

- Не веришь? Полюбуйся!

Света вернулась и отключила аварийную функцию запирания двери каюты. Аристарх уверенным движением широко распахнул металлопластиковое, бронированное полотно. С видом начальника сделал единственный шаг вперед и замер. Света заметила, как его щеки сровнялись цветом с ватной бородой. Следующим движением он быстро вернул дверь на место.

- Черт! И вправду зеленый. Кем он может быть? Детей на корабле нет,… знаю точно.

- Может вирус?

- Вряд ли. Перед отлетом меняли все фильтры.

- Тогда кто?

- Сейчас я сообщу капитану, а он сделает запрос бортовому компьютеру.

Аристарх принялся шарить по карманам, хлопнув по широкой поле, произнес с сожалением.

- Совсем забыл, что сейчас я не штурман, а Дед Мороз. Придется поспешить. Пошли!

Едва они сделали несколько шагов, как остолбенели. Им навстречу быстрой походкой, неприлично виляя бедрами, шла совершенно голая незнакомка. Она резво подошла к ним и запыхавшимся голосом спросила.

- Вы не видели, кто стащил мое новое вечернее платье с вешалки?

- Нет! – Дружно ответили хором, ничего не соображая, первый и второй штурман.

Аристарх пытался сморщить горбатый, хрящеватый нос в знак неприязни, подавляя вспыхнувший похотливым задором взгляд, сопряженный с возникшим страхом.

А курносый нос Светы будто обвис. Желтовато-карие глаза помутнели и обесцветились. Лицом она напоминала человека просящего взаймы.

Тем временем, женщина, хитро прищурившись, подозрительно уставилась на них. Ростом нудиста была невелика, по возрасту на лет десять моложе Светы и внимательно смотрела снизу вверх. Выискивала признаки обмана.

- Что за чертов корабль! Отвернулась лишь на секунду и платье сперли.

Больше ни о чем, не спрашивая, клацнув длинными ногтями, с грустным видом натурщицы, она процокала дальше по коридору. Спустя минуту белесые ягодицы, походившие на дыньки-колхозницы, скрылись в жидком мареве света ксеноновых шлангов.

- Мамочка родная! А это еще кто? – Прошептала еле слышно Света.

- То, что не конь в пальто это точно. Срочно к капитану. Бегом марш!

Аристарх сорвал меховую шапку. Обтер вспотевший лоб.

И они побежали, наполняя пустое пространство звуками резонирующего, разнобойного топота.

До Нового Года оставалось полтора часа.

 

Они бежали в пространном состоянии небытия, и им казалось, будто топчутся на месте. Длинный нескончаемый коридор грузового транспортировщика выглядел уныло и однообразно. Лишь вогнутые ребра переборок мелькали по сторонам, отделяя одинаковые двери кают персонала и служебных помещений. В конце первого модуля Света сбавила скорость, и в этот миг страшный крик о помощи острым ножом резанул по ушным раковинам. Она остановилась. Прислушалась.

- Кто-то кричит!

Крики летели обрывистыми волнами, и голос кричавшего человека, казался хорошо знакомым.

- Это кричит оператор Мирон!

Света знала его, как саму себя. Он иногда наведывался к ней с недвусмысленными целями. Голос летел, откуда-то сверху и эхом разносился по длинным кишкам вентиляционных труб. Она пробежала взглядом по ним и непроизвольно охнула. К вытяжной решетке прилипало бледное лицо, перечеркнутое крестиками стальных прутьев. Смотрелось, как под многочисленными перекрестиями ружейных оптических прицелов.

- Господи! Как ты здесь оказался?

Света уставилась на него выпученными глазами. Аристарх подкрался ближе и тоже узнал паренька. Было Мирону немного за двадцать.

- Отодвинься назад, я попробую оторвать решетку. - Приказал опытный сорокалетний Аристарх, снимая красный вельветовый халат.

Высокий рост первого штурмана позволил ему дотянуться и ухватиться за прутья обеими руками. Повиснув в воздухе, и проделав подпрыгивающие движения, благодаря значительному весу, он сумел сорвать решетку с кронштейнов. Нелегированная сталь с примесью алюминиевого порошка легко поддалась. Ухнув, рассталась с толстой трубой. Будучи худосочным, Мирон ловко протиснулся в сорокасантиметровое квадратное отверстие метровой в диаметре трубы. Аристарх благополучно поймал его на руки и, развернув ногами вниз, поставил на пол, как оловянного солдатика. Тело парня окоченело, его трясло мелкой дрожью, и колени ходили ходуном.

- Если бы не вы замерз бы до смерти. - Промямлили посиневшие губы.

Аристарх набросил на него одеяние Деда Мороза. Содрав ватную бороду, дал утереться.

- Что случилось, почему ты там оказался? – Спросила Света.

Головой кивнула на вытяжную шахту под потолком.

- На меня набросился один чувак с напильником. Зеленый, мерзкий, видимо отмороженный, но крепкий, как высохшая баранка. Вцепился, падла, будто клещ и начал точить мою голову. Все кричал, что не положено ходить на межпланетном корабле с такой шевелюрой.

Рост Мирона не на много превышал Светин, поэтому он, склонив голову, показывал ободранную кожу с лохмотьями светло русых волос. Она посмотрела на кровянистые раны, на обработанную напильником макушку и посчитала, что ей неимоверно повезло. Ее голова была побрита наголо не столько в целях гигиены, сколько в отсутствие надлежащей шевелюры. Будь шевелюра, неизвестно чем бы закончилась встреча с зеленоглазым, многоруким мальчуганом.

- Вредитель твоей прически сейчас заперт в моей каюте. Кстати, ты не знаешь кто он такой?

Мирон опустил взгляд. Долго буравил ячеистый пол и стоически молчал. Опухшие веки миролюбиво повисали миниатюрными маркизами.

- Знаю. - Ответил, наконец, виновато.

- Знаешь!? - Удивился Аристарх осведомленности простого оператора голограммной аппаратуры.

- Да…. Это я случайно выпустил его на свет. Думал, он заменит новогоднюю елочку. Хотел всем сделать подарок к Новому году.

- А умеющая писать обезьяна,… тоже твоих рук дело?

Света побледнела от злости.

Мирон утвердительно кивнул головой. Уродливо улыбнулся.

- А голая баба? – Грозно добавил Аристарх, сглатывая вязкую култышку слюны.

Оператор снова повторил головные движения. Он осознавал свою вину и знал, что будет строго наказан.

- Что ж, к капитану бежать теперь не зачем. Можно не спеша идти. Ты пойдешь с нами.

Аристарх взял Мирона за шиворот, как нагадившего котенка.

- Простите меня, пожалуйста. Я не умышленно сделал это. Сначала собирался трансформировать из голограммы обезьяну и не злобного бабуина, а миролюбивую шимпанзе. Вложил в нее талант поэта Пушкина. Хотел воспользоваться сходством. Помните такого великого поэта, он жил тысячу лет назад? Думал, обезьяна напишет Светлане поздравительные стихи и признание в любви. Но случайно зацепил чашку с кофе, и брызги попали на брейнер…. И что-то пошло не так.

- Брейнер это большая бандура с помощью, которой ты трансформируешь голограммы?

Скривилась Света.

- Да она самая. А потом появилась тетка и мелкий балбес с напильником. Откуда они взялись ума не приложу.

- Наверное, из твоих игр, черт бы тебя побрал! - Выругался Аристарх.

- Может, простим его, на первый раз, не будем докладывать? Он сполна получил за свое разгильдяйство.

Света выжидающе посмотрела на Аристарха.

- Еще неизвестно чем все закончится. Надо отыскать другую парочку. Пошлите.

Первый штурман отпустил Мирона.

И они двинулись в противоположную сторону.

До Нового года оставался ровно час.

 

Они шли, молча, гуськом. Впереди Аристарх, следом Светлана и последним уныло плелся, как на эшафот, Мирон. Миновав каюту второго штурмана, они прошли еще с сотню метров и, повинуясь изгибу прохода, свернули направо. Вот здесь их и поджидал новый сюрприз. У самой стены, впритык к переборке лежали в обнимку бабуин и обнаженная особа. Свете сначала показалось, что они совокупляются, и женщина нежно обнимает обезьяну. Подойдя ближе, первой поняла, что произошло невероятное.

- Мамочка родная! Они же убили друг друга.

И действительно тела лежали неподвижно. Одна рука женщины покоилась на горле животного, в то время как другая сжимала длинный розовый прутик. Бабуин не подавал признаков жизни, а голая грудь женщины редко поднималась и опускалась.

- Смотрите, она еще жива!

Отталкивая Аристарха, Света приблизилась к несчастной нагой.

Материализованная голограмма красивой дамы приподняла окровавленную голову. Не вынимая кинжальных ногтей из шеи бабуина, прошептала слабыми губами.

- Это он украл мое новое платье…. Хам хотел меня….

Не договорив, она смолкла, и голова плюхнулась на бок, будто голова тряпичной куклы.

Света стояла, склонившись над ней, пересохшими губами собирая неиспарившуюся влагу во рту. Только сейчас поняла, что в руке у той зажат оторванный пенис бабуина. Ей нисколько не было жалко мерзкого примата. Скомканное черное платье, мертвой вороной, валялось рядом.

- Поэт хренов! - Света выругалась с облегчением.

Аристарх с Мироном стояли за ее спиной и учащенно дышали, словно тоже принимали участие в смертельной схватке.

- А что будем делать с пацаном? - Нарушая молчание, спросил первый штурман.

- Что делать?.. - Света строго глянула на оператора. - Надо выдать мальчику новый напильник и выпустить из каюты. Чтобы кое-кто знал, как следующий раз оставлять полную чашку рядом с работающим прибором и использовать брейнер для изготовления новогодних подарков!

Света еще раз пронзила взглядом Мирона. У того из носа сползла капля, похожая на зеленую гусеницу и он заплакал.

До Нового года оставалось ровно полчаса.